На причале суетились грузчики. Под руководством тонкого мужчины с громким, похожим на громовые раскаты голосом они таскали тяжелые ящики на борт корабля, который явно готовился в скором времени отправиться на один из островов-братьев. Остановившись на широкой каменной площадке, Асин подняла руку высоко над головой и помахала. Никто не обратил на нее внимания – все были слишком заняты. Внизу мел лестницу сухенький паренек, рыжий-рыжий, как закат; сбоку, по левую руку, мать отчитывала свою непутевую сбежавшую дочь, и голос ее испуганно дрожал. А чуть поодаль отдыхали знакомые, когда-то помогавшие папе грузить товары на торговые суда.

Воздух пах океаном. Асин вдохнула его полной грудью, сжала кулаки и зашагала вниз – вспомнив о том, что она все-таки взрослая и должна уметь держать лицо. Правда, этому мешали щелкающие подошвы, вызывающие озорную улыбку – и ни капли стыда. Поравнявшись с пареньком, Асин поклонилась ему, придерживая длинное платье, на что тот ответил, приподняв сдвинутую набок кепку, которая приминала его оттопыренное правое ухо, и продолжил смахивать комья земли и мелкие песчинки.

Лишь у ворот родного училища Асин вспомнила: нашивка. Кто пустит ее внутрь без свободной птицы на груди? Но один из часовых, подпиравший спиной колонну и широко зевавший в кулак, вспомнил ее лицо (хоть и ошибся в имени). Асин благодарила его, как могла, кланялась, трясла сложенными вместе ладонями, обещала, что в следующий раз не забудет ничего. Просто дело у нее наметилось важное, о котором сама она еще какой-то час назад и не знала.

Добежав до складских помещений, она заметила Вальдекриза. Он шел от главного корпуса в одном с ней направлении, запрокинув голову и рассматривая неспешно плывущие облачные шапки. Пальцы его барабанили по поясной сумке, а сам он, судя по движениям губ, то ли говорил сам с собой, то ли напевал что-то. Лишь дойдя по узкой каменной дорожке до двери, он приметил замершую неподалеку Асин и усмехнулся. А она, неловко теребя вьющуюся прядь, улыбнулась ему и, шагнув навстречу, тихо сказала:

– Я пришла проверить свой ранец. Поможешь?

Шакалий сын

Ранним утром, позавтракав и покормив животных, Асин бежала к училищу, где на деревянной лавке у переплетения пыльных, еще не почищенных дорожек ждал Вальдекриз. Свою готовность повозиться с ней и поделиться тем, что когда-то выучил сам, он объяснил двумя словами, после которых стало чуточку обидно: «Делать нечего». Он вставал с первыми лучами – так, по крайней мере, говорил сам – и к приходу Асин выглядел бодро. Ее, зевающую и трущую щеки ладонями в попытке поскорее проснуться, всегда удивляли его опрятная белая рубашка, начищенные до блеска сапоги и широкая улыбка с ямочками, очерчивающими уголки рта. С губ при встрече почти срывалось недовольное «Как тебе это удается?». Но Асин брала себя в руки – в прямом и переносном смыслах – и лишь вздыхала.

Первое время они лишь сидели на складе, взяв по ранцу, и Вальдекриз объяснял, на что в первую очередь следует обратить внимание, с чем Асин может справиться сама (даже учитывая полное отсутствие знаний), а с чем лучше обратиться к людям опытным.