И тут Пола прорвало.

— Черт тебя побери! Нет, это просто чудовищно! Приятель, она женщина! А не предмет мебели, который ты прикупил по случаю, поскольку он подходит к ковру в парадной гостиной! Эбби живая, а ты ее душишь! Да когда она с тобой, она даже дышать полной грудью боится — вдруг что не так сделает!

— Это она тебе сказала? — осведомился Генри.

— Ну что ты несешь! Да это и так видно!

— Значит, это Мей мутит воду?

— При чем тут Мей? — изумился Пол. — Хэнк, ты что, меня не слушаешь? Я говорю об Эбби. Оставь ее в покое, прошу тебя!

— Нет, это ты оставь меня в покое! — заявил Генри и, хлопнув дверью, выскочил из комнаты.

Мей? Что еще за бред? Старшая, Эйприл, еще куда ни шло. Она уже была замужем и, видно, снова готова отправиться на охоту. Но Мей? Она настолько далека от таких игр, что даже смешно думать об этом!

Однако, поразмыслив, Пол решил, что подозрения Генри не лишены оснований и довольно правдоподобны. Во всяком случае, для банального сюжета.

Когда Пол затормозил у особняка Фэрфаксов, занимался рассвет. Он проездил всю ночь. Ключ был там же, где его прятали двадцать лет назад. Пол тихо вошел в дом, на цыпочках поднялся по лестнице и провалился в сон на несколько часов.

Эбби еще ни разу в жизни не останавливалась в отеле. Одинокая школьная учительница должна быть экономной и уметь жить по средствам. А ее бюджет позволял всего лишь скромную комнатку в мотеле. Однако в последние дни она позволила себе выйти за рамки бюджета: один костюмчик цвета верескового меда потянет на такую сумму, которую она обычно тратила на всю одежду за год.

Ну и наплевать! Сегодня не тот случай, чтобы думать о деньгах. И утром, когда она будет оплачивать счет за номер из последних сбережений, не пожалеет ни об одном пенни.

Черт возьми, ведь это медовый месяц. Медовый месяц для нее одной. И не будет никакого съезда страховых агентов, чтобы он провалился! И у нее огромная кровать и ванная с джакузи размером чуть ли не с ее гостиную. Сейчас полежит в ванне, а потом завалится спать. Или закажет в номер еще одну пиццу, кока-колу и мороженое. И как только додумается, как пользоваться этим навороченным пультом управления, включит телевизор и станет смотреть кино для взрослых или низкопробную мыльную оперу. Ну а утром поедет домой и спокойно сообщит семье: извините, свадьба отменяется, так что, будьте любезны, уезжайте восвояси.

Эбби вздохнула и взяла из коробки еще один кусок пиццы.

Пол узнал, где Эбби, только в четыре часа дня, а в пять уже был в городе. Не так-то просто было выйти на ее след, даже с помощью всего клана Морганов и всезнающей секретарши Генри, которую Пол допросил первой.

— Извините, господин Флинт, но мисс Морган не сказала, куда едет. Передала конверт для мистера Фэрфакса, и все. Хотя скорее это был пакет.

— Пакет?

— Ну да. В конверте прощупывалась коробочка. Судя по размеру, с кольцом. Когда мисс Морган пришла, мистер Фэрфакс был на конференции и…

— Во сколько она была здесь? — в нетерпении перебил ее Пол.

— В двенадцать десять, — ответила суперсекретарша.

Не стесняясь в выражениях, Пол выругался. Черт! Никакой зацепки. Он уже допытывался у Генри, и тот, не вдаваясь в подробности, нехотя признался, что Эбби вернула ему кольцо.

Ну и что дальше? А дальше тупик. Обращаться в полицию? Дать объявление о пропавшем допотопном «моррисе» коричневого цвета с помятым правым крылом? Пол вспомнил, как Генри хвастался, что договорился насчет ремонта машины Эбби, пока они будут в Дартмуре; мол, сделает ей сюрприз, вернее свадебный подарок.

Боже праведный! Неудивительно, что невеста сбежала!

— Уходила она при полном параде, — сообщил утром Джон.