— Какой? — все еще не веря в происходящее, спросила Аня.

— Сама придумай. Так, ты примеришь его или нет?

— С удовольствием!

Аня с широкой улыбкой упорхнула в примерочную вместе с модисткой. Но надевая платья, до них долетел негромкий разговор:

— Добрый день, дамы! Не правда ли, прелестное кружево?

«Неужели матушка опять за свое⁈» — подумала Аня.

— В советах не нуждаемся, — отрезала незнакомый женский голос, а следом раздался быстрый перестук каблуков.

— Вот же невоспитанные какие! — прошипела в ответ матушка.

Модистка попыталась скрыть улыбку, а Аня фыркнула.

«Она опять за свое! Да что же это за наказание такое⁈» — подумала она.

Но через минуту ей стало не до того. Потому что эта гора кружев никак не хотела нормально садиться!

Уже и корсет перешнуровали, спустили рукава и натянули подол — ничего не спасало. Модистка только руками развела, мол, фасон не ваш.

Вконец расстроившись, Аня позвала матушку.

— Бегу, бегу, моя хорошая! Как тебе?

Она распахнула дверцу примерочной и с умилением посмотрела пунцовую дочь.

— Ты уверена, что оно мне подходит? — тяжело дыша, спросила Аня.

— Как тебе сказать, — потянула матушка. — Безумно. Безумно и ужасно.

Аня развернулась к зеркалу и гневно нахмурила бровки.

— Да, мне тоже не нравится. Пойдем в другое место. В кафе. А то я уже устала!

Она умоляюще глянула на матушку, которая опять отвернулась в сторону торгового зала.

— Мам! — требовательно зашипела Аня.

— Прости, милая! — она позвала модистку. — Помогите моей дочери переодеться. На сегодня с нас хватит примерок.

Через сорок минут, недовольные друг другом мать и дочь вышли из магазина.

А еще через десять, они уже любовались раскинувшимся садом в уютной беседке.

— Мороженое будешь? — спросила матушка.

— Буду! И мороженое, и пирожное, и даже газировку.

— Мы с тобой после такого ни в одно платье не влезем!

— Ну и пусть, хоть душу отведу, — буркнула Аня, уставившись в меню.

— Ну не сердись, — матушка примирительно улыбнулась. — Признаю, я погорячилась. Беспокоюсь же за него.

— А как же Эльза? Ты говорила, что она ему больше всех понравилась.

— Да это же даже не удивительно! У нее характер, что и у Володи. Вздорный, хулиганистый. Ждать от нее можно, чего угодно! Нет, она совсем не пара для него.

— А Полина?

Матушка глубоко вздохнула и нехотя произнесла.

— Она какая-то… пресная. Ему будет с ней скучно.

— Ладно, так и быть, — сдвинув брови, сказала Аня. — Помогу тебе.

Они подмигнули друг другу. Поиск невесты для Владимира начался.

До конца отпуска осталось всего четыре дня.

* * *

Я стоял, смотрел на Дину и ушам своим не верил. Документы все это время были у нее? Как же мы могли это упустить⁈

Мимо меня пролетел Лерчик и поднял ее и закружил.

— Диночка! Спасительница! — взревел он. — Скажи, что это за семь ящиков? Умоляю тебя!

— Какие? — ошалевшая от его напора, спросила она.

— С белым сухим! Я вижу бутылки на складе, но эти ироды не разрешают мне их брать! И только ты можешь мне помочь.

— Да, дочка, расскажи, в чем дело, — Никита Александрович мягко отстранил Субботина от Дины. — А то мы всю голову сломали.

— А, эти бутылки. Помню-помню. Сергей разве не сказал?

Я подошел ближе, с любопытством слушая разговор.

Она открыла сумку, достала тонкую папку и раскрыла ее перед нами.