— А после зелья я должен был… влюбиться в вас? — с нескрываемым раздражением ответил я.

— Не прямо, чтобы влюбиться, стать теплее…

— Если вы мне раньше были хоть как-то симпатичны, то сейчас даже и этого не осталось. Я искренне надеюсь, что вы немедленно соберете вещи и исчезнете из моей жизни.

Я резко поднялся, уже не стесняясь наготы, подхватил халат и надел его. Внутри меня разрывало на части: ненависть и одновременно желание схватить ее и не выпускать из постели несколько часов. Мерзкое зелье!

— Но Владимир! — она заломила руки, стараясь смотреть мне в глаза, но я заметил, как она покраснела. — Прошу вас!

— Во-первых, ваше высочество, во-вторых, вы за сегодня израсходовали весь запас моего доверия. С матушкой я поговорю сам.

— Вы не понимаете!

— Да, я действительно не понимаю, почему я все еще здесь стою и слушаю вас, — раздражение глухо стучало в груди, смешиваясь с острым желанием.

Еще и магия не работает! Что со мной происходит⁈

— Хотя у меня есть еще вопрос про действие зелья, — я возвышался над Рокотовой и не сводил с нее глаз. — Кроме воздействия на эмоции, что оно еще может?

— Только это! Поверьте! — ее глаза наполнились слезами. — Вла… ваше высочество, дайте хотя бы несколько дней, пока я не найду новое жилье.

Я снова попытался воспользоваться магией, но, как и в тот раз ничего не получилось. И тут мне в голову пришла интересная мысль.

— Вероника Андреевна, а вы маг?

Она испуганно приоткрыла рот, а ее глаза широко распахнулись.

— Как… как вы узнали?

— Жду вас через полчаса часа в кабинете для весьма серьезного разговора, — сказал я, проигнорировав ее вопрос.

И вышел из ее спальни.

Ее слова лишь подтвердили мои подозрения. Ведь магия не работала в ее присутствии, еще и зелье. К этому прибавилась еще и воспоминание о словах Мишина про его родственницу. Она же могла рассеивать заклинания.

Возможно, у Рокотовой был такой же талант. С одной стороны, крайне неприятно иметь под боком антимага, а с другой — Вероника Андреевна ценный источник информации.

Что же теперь с ней делать?

Вернувшись к себе, я долго смотрел на неубранную кровать. Организм недвусмысленно намекал, что утро с красивой женщиной, едва прикрытой тонкой ночнушкой, так просто не отпустит.

Я с силой дернул шнурок вызова служанки, и через несколько минут прибежала Ангелина. Увидев меня в одном халате, она подмигнула мне, но я остановил ее и велел перестелить кровать. Не хотелось еще раз вдохнуть сладкий запах зелья.

Служанка управилась меньше чем за десять минут. Едва пахнущие дурманом простыни и наволочки упали на пол, я дал себе волю и прижал к себе Ангелину и, наконец, выкинул Рокотову из головы.

А уже через четверть часа стоял в кабинете. Холодный и собранный. Хотя и весьма довольный.

— Можно? — Рокотова скромно постучалась в приоткрытую дверь кабинета.

— Входите, — я сидел за столом и сурово смотрел на нее.

— Вы хотели что-то узнать? — она опустилась на край кресла и напряженно смотрела на меня.

— Как я понимаю, способность у вас специфическая. И это обстоятельство меня не радует.

— Простите, ваше высочество, что не сказала раньше, — она начала комкать в руках юбку. — Об этом не принято говорить.

— Когда вы приехали в наш дом, вы знали, что я маг?

— Еще нет. Я чувствовала остатки магии на ваших родных, вот мне и стало интересно.

— И что вы намерены были делать, узнав, кто я?

— Ваше высочество! Ничего опасного! Клянусь вам! — ее глаза оставались сухими.