— Предпочту не отвечать на это. Так что?

— Покупаем здесь, — нехотя ответила она. — Наша способность не позволяет делать их самостоятельно. Приходится как-то выкручиваться.

— Спасибо. Жду от вас сведений. Доброго дня.

Я развернулся и вышел.

Лерчик ждал меня возле экипажа, ходя из стороны в сторону вдоль садика. Увидев меня, он выдохнул и улыбнулся.

— Как все прошло? — спросил он.

— Не очень информативно, но в целом я доволен.

— Куда дальше?

— Сначала ждем, а там решим. Рокотова точно здесь, и Старшая мать обещала ее выпустить.

Не прошло и десяти минут, как из дверей вышла Вероника Андреевна, подслеповато озираясь. Она была взлохмаченная, в помятом платье и тщетно пыталась укрыться плащом, явно с чужого плеча.

Заметив нас, она нахмурилась и быстрым шагом пересекла небольшой дворик.

— Владимир Иванович, Валерий Игнатьевич, не ожидала вас здесь увидеть, — хрипло сказала она.

— Мы приехали за вами, — коротко сказал я.

Рокотово недоверчиво на нас посмотрела, но новых вопросов не задала.

— Прошу в карету, — Лерчик галантно предложил ей руку. — Выглядите устало.

— И очень голодной, — глухо отозвалась она. — Вы не могли бы сделать остановку, чтобы пообедать? Мне неловко просить вас об этом, но меня заперли в келье и выдали всего один кусок хлеба с кружкой воды. Боюсь, до замка я недоеду.

Мы с Лерчиком переглянулись, и он крикнул вознице адрес.

— Будем на месте через десять минут, — сказал он.

— За что вас так наказала Старшая мать? — спросил я.

— За дела с мужчинами, конечно. Это была неудачная попытка собрать для вас сведения, — она раздраженно дернула плечом, поглядывая в окно. — У вас есть зеркальце? По вашим лицам я видела, что выгляжу ужасно.

— Не волнуйтесь, в том заведении, куда мы с вами едем, есть возможности привести себя в порядок без лишних вопросов, — сказал Лерчик, улыбнувшись уголком губ.

Рокотова благодарно кивнула, а потом с любопытством на меня посмотрела:

— Что вы ей обещали за мою свободу?

— Спасти мир, — коротко сказал я и широко улыбнулся.

— Как это, спасти мир? — Вероника Андреевна удивленно распахнула глаза. — Это выражение такое, да?

— Отнюдь. Я действительно собираюсь это сделать. И очень рассчитываю на вашу помощь.

— Говорите.

— Пока рано. Но ваша способность мне весьма пригодится. И если вы будете мне помогать, то мне нужно от вас одно-единственное обещание.

— Слушаю вас.

— Если я скажу: бегите, то вы обязательно это сделаете. Без единого вопроса.

Ее брови поднялись, затем нахмурились, и наконец, Рокотова кивнула.

— Я поняла вас.

Лерчик молча слушал наш разговор и вмешался, только когда экипаж остановился.

— Прошу за мной.

Я огляделся, но кроме потертой вывески с довольно фривольным названием «Золотая подвязка», ничего не увидел.

— Это то, что я думаю? — спросил я.

— Конечно, — кивнул Лерчик. — А где мы еще можем спокойно поесть в закрытых кабинетах, да еще дать возможность привести даме себя в порядок и при этом не попасться на глаза другим? Только здесь. Между прочим, лучшее заведение нашего города.

— Я смотрю, ты тут часто бываешь, — усмехнулся я.

— Тут прекрасный повар, очень болтливый персонал и уйма полезных знакомств.

Он коротко постучал в дверь. В ответ раздался звук открываемых замков и открылось маленькое окошко. В нем появились два глаза, не обещавших ничего хорошего.

Через секунду в них мелькнуло узнавание, и импровизированный глазок закрылся.