— Разве? А мне они кажутся весьма подозрительными.

— Не думаю. Дама изо всех сил делает вид, что ждет предложения руки и сердца. У юноши в кармане коробочка с кольцом, а она все время трет безымянный палец. Плюс на столе маленький, но дорогой букет. А сам барон хоть и выглядит богатым, но пиджак чуть больше, чем нужно. Дама же старается произвести впечатление и не хочет упускать свой шанс. Ткань платья простая, качественная, а вот шляпка универсальная. Не думаю, что в такой важный день девушка позволила бы себе так выглядеть.

Стоило мне закончить, как официантка принесла воздушное пирожное и поставила его напротив дамы.

Звякнула ложка. Шорох салфетки. И восторженное: «Да!»

Театральное представление удалось на славу.

Дюпон кивнул и довольно улыбнулся, краем глаза наблюдая эту тщательно отрепетированную сцену.

— Хорошо, с этим вы справились, — усмехнулся Карл Архипович. — Что еще видите?

Я обвел взглядом всех остальных. Мужчины, женщины, дети. Кого же имеет в виду Дюпон? Может, старика с очень густой и явно искусственной бородой? Или группу подростков?

Сам же Карл Архипович постоянно косился на вход в кафе — декоративную арку, украшенную зелеными листьями и белыми ромашками. Но меня она не интересовала. Его внимание излишне показное.

Меня больше привлекал тот модник, что стучал тростью о цветочные горшки. Этот стук, больше похожий на какой-то шифр, раздражал и, казалось, поселился у меня в голове, в обход всех прочих шумов улицы.

Мне было хорошо все видно в панорамном окне кафе.

Белые розы — один удар.

Красные гвоздики — два удар.

Пионы — три удара.

Неужели?..

— Есть у вас какая-нибудь система передачи информации на расстоянии? — спросил я Дюпона.

— Конечно, — прищурился он. — Телеграф никто не отменял, да и матросы используют систему с флажками. Почему вы спросили?

— А есть такая, что с цветами и точками? Есть у меня одно предположение, — я кивнул себе за плечо.

Карл Архипович нахмурился, по его лицу мелькнуло беспокойство. Взгляд Дюпона скользнул мне за спину, и мужчина тут же подобрался. Несколько томительных минут он наблюдал, а затем он положил руку на стол, два раза сжал пальцы в кулак и хлопнул раскрытой ладонью по белоснежной скатерти.

Люди, сидящие в кафе, моментально засуетились. Встали, побросали салфетки и поспешно покинули террасу. Никто не произнес ни слова.

Получается, это все были подставные лица? Последними ушли «жених и невеста». Здорово же они меня разыграли!

Я удивленно уставился на их отражение в стекле. Они широким полукругом окружили модника с тростью.

Тот увидел их и, истерично смеясь, закричал:

— Поздно! Вы все проспали! Дело уже сделано! Вся власть простым людям!

Его хохот прервал звук падения и женский крик.

Дюпон не отрывал взгляда от происходящего. Собственно, как и я. С моего места было видно, как арестовали и мужчину с тростью, и цветочницу.

Карл Архипович поднялся и внимательно на меня посмотрел:

— Я сделал ставку на то, что вы выберете бородача. Специально просил, чтобы бороду приклеили криво.

— Это была очередная проверка? — удивленно спросил я.

— И да, и нет. У нас была наводка на то, что сегодня здесь будут передавать секретные сведения. Но наши сотрудники никак не могли вычислить, кто и как. И ради интереса подсунули вам ряженых. Так что, спасибо, — он встал возле моего стула. — Скажете, это ваша магия так сработала?

— Пусть это останется моей тайной, — усмехнулся я, вспомнив свои же слова, сказанные Глассу.

Дюпон ослепительно улыбнулся и вышел из кафе, оставив меня наедине с остывшими блинчиками да запотевшим стаканом лимонада.