Том оставался неподвижен, пока мертвый подросток ковылял по дорожке и вскоре исчез во мраке. Мужчина уже собирался вернуться в круг камней, но остановился и выпрямился. Небо на юго-востоке было… красным? Крона листьев была слишком густой, чтобы он мог рассмотреть небо, но Тому казалось, что у него есть красноватый оттенок. Игра света? Он не мог определить.

Он расслабился и вернулся в защиту камней.

— Зом? — спросила Салли.

— Зом, — подтвердил Том.

— Ты его упокоил?

— Нет.

Она рассмеялась:

— Мистер Мягкий.

Он пожал плечами. Все знакомые с Томом знали, что он не убивал зомов, если этого не требовала работа по упокоению или самозащита. Этот зом его не видел, как и Салли, и поэтому не представлял непосредственной угрозы.

Том уселся и передал ей фляжку. Она отпила и вернула ее ему.

— В этих лесах в последнее время больше зомов, — сказала она. — На прошлой неделе, десять дней назад. Если все так пойдет, то вскоре и ступить нельзя будет, не наткнувшись на одного.

— Правда? — удивленно спросил Том. — Это всегда была тихая территория. Вот почему я привел сюда ребят. Что привлекает сюда зомов?

— Точно не знаю, но много разного идет с востока в последнее время. Много странного. Я слышала о маленьком стаде зебр, пробежавшем по той же тропе, что и олени. И о стае обезьян. Не видела зебр с того самого времени, как возила детей в зоопарк Сан-Диего миллион лет назад, но видела нескольких недавно.

— Я видел носорога, — сказал Том и рассказал ей о встрече.

— Вау. Много такой живности идет из чащ Йосемити, но еще больше приходит с востока. Не знаю почему. Что-то там так пугает диких животных, что они убегают сюда, и, может, зомы следуют за животными.

Том мгновение жевал губу.

— Знаешь, Сал, сегодня я видел кое-что не оставляющее меня в покое. — Он рассказал ей о мужчине, привязанном к пикапу и оставленном зомам.

— Черт, — произнесла она. — Это один из старых трюков Чарли, Том, но ты это и раньше видел. Возможно, кто-то копировал поведение Чарли. Белый Медведь или…

— Это много хуже, — сказал Том и рассказал ей остальное.

Салли уставилась на него.

— Ты в этом уверен? У него не была сломана шея? Уверен, что никто его не упокаивал?

— Уверен.

— Так что, черт возьми, это значит? — требовательно спросила она.

— Понятия не имею, — сказал Том. — Часть меня надеется, что это реально, что это правда… что, возможно, чем бы ни была эта… болезнь… она наконец отступает.

— Ага, а я продолжаю надеяться, что проснусь и обнаружу, что Первой ночи не было.

Он кивнул.

— Другую часть меня это пугает, Сал.

— Тебя? Пугает? Почему?

— Потому что сейчас я знаю, как обстоят дела. Зом есть зом, и я знаю эти правила. Но если игра изменится, то все, что я знаю, станет не точным. — Он сделал паузу. — Я учил Бенни тому, как все работает… но что, если все, чему я его учу, — неправильно? Что, если он…

— Перестань, — сказала она, коснувшись пальцами его губ.