|
— Гражданин Зак! — не удержался я от злорадной улыбки, когда из строя вывели знакомого следователя. — Подходите, Роман Иосифович! Подходите! И вы, Михаил Сергеевич, не стойте, будто неродной! Подходите-подходите! — Я указал бойцам ВОХР на Ключника. — Этого тоже сюда ведите!
— Это беззаконие! — заблажил Зак. — Вы не имеете права!
Конвоир легонько встряхнул его и шикнул:
— Молчать!
Выглядел следователь таким чистеньким, что захотелось свернуть ему нос. Я не без труда переборол этот порыв и повернулся к Михаилу Сергеевичу. Крепенько помятый опер перехватил мой взгляд и ухмыльнулся.
— Покуражиться решил, студент? Везучий ты всё же, сука…
Я проигнорировал это замечание, наставил указательный палец на Зака, затем перевёл его на Ключника и вернул обратно.
— Знаете, какая между вами разница, Роман Иосифович? Нет? А всё просто. Вас сейчас опросят и поставят к стенке. Вы отработанный материал. А вот товарищ Ключник, будучи оператором, ещё способен принести пользу республике. Может так статься, он даже продолжит нести службу в прежней должности. Уведите!
Зак забился, но проблем конвоирам доставить не смог, и его без лишних церемоний погрузили в автобус, предназначенный для фигурантов чёрного списка. А вот Ключника я так легко не отпустил.
— Секунду! — попросил я и ткнул опера кулаком под дых.
Ткнул вроде бы несильно, но тот аж надвое сложился.
— Не усложняйте нам работу, товарищ! — попросил меня прапорщик ВОХР.
— Больше не повторится, — пообещал я. — Уведите!
Ключника погрузили в другой автобус, а дальше всё превратилось в самую настоящую рутину. Списки, лица, фамилии, документы, редкие сложности с идентификацией. Отклонился я от процедуры только раз, когда ко мне подвели замначальника секции-пятнадцать.
— Вы здесь зачем, Степан Александрович? — искренне удивился я. — Вам не сюда, отойдите пока в сторонку.
— Сразу в расход? — усмехнулся Грин, на скуле которого наливался синевой приличных размеров фингал.
— А работать за вас кто будет? Сколько в производстве дел? Немало ведь? Вам сейчас допуск в рабочие помещения обеспечат, оповестите своих, что для них ничего не меняется.
Ну — для всех, кроме одного.
— Да и большинство сотрудников других подразделений на службе останется, — продолжил мою мысль подошедший Георгий Иванович. — Вы не подумайте, будто мы перестраховываемся, нам просто контрреволюционную заразу сразу и до конца выжечь надо. Идёмте-идёмте! — Городец потянул замначальника секции-пятнадцать в сторону, но сразу обернулся и предупредил: — Линь, как тут закончите, найди меня. Новое задание будет.
Новым заданием оказалось сопровождение следственной бригады особой инспекции ВОХР. Комбинезоны менять не пришлось, мы лишь нашили на них шевроны с символикой ОНКОР. Ещё скрутили глушители с табельных револьверов и ППС, да получили ключи от служебной легковушки — вот и вся подготовка к выезду.
— Кормить-то нас будут? — с недовольным видом пробурчал Иван Кол. — С утра ж маковой росинки во рту не было!
Я только руками развёл, а капитан ВОХР пообещал:
— Перекусите в какой-нибудь столовой. Главное — на адрес зайти, а там вы нам без надобности.
Алик, Ваня и Глеб воодушевились, мы с Унтером обменялись скептическими улыбками. Как говорится, свежо предание, да верится с трудом.
— Что вообще в городе творится? — уточнил я. — К чему готовиться?
Капитан внимательно оглядел нас и рассмеялся.
— Да вам вообще ни к чему готовиться не надо! Сразу видно, ко всему готовы!
— А если серьёзно?
— Если серьёзно, то все очаги сопротивления уже подавлены. |