Так погрузился в свои невесёлые раздумья, что, когда под рёбра уткнулся острый пальчик, чуть не подпрыгнул на месте.

Хотя что значит — чуть? Ещё как подпрыгнул!

Незаметно подкравшаяся со спины Виктория Вран захихикала было, но тут же опомнилась и состроила скорбное выражение лица.

— Ты здесь что делаешь? — прошипел я, чувствуя, как начинаю обтекать потом. Сердце колотилось как сумасшедшее.

— Не рад меня видеть?

Я смерил барышню придирчивым взглядом и сказал, не особо покривив при этом душой:

— Рад. Но это не отменяет моего вопроса.

— Мы на свадьбу Маринки Дичок прилетели. — Она вздёрнула нос. — Ну а что? Папа договорился, чтоб меня ненадолго с Кордона отпустили, а у Ники и вовсе каникулы!

— На широкую ногу живёте! — заметил я и отыскал взглядом компанию барышень в чёрных платьях и шляпках с вуалями. Прежде к ним не приглядывался, а сейчас и в самом деле узнал не только Марину, но и Нику.

— У меня день рождения, между прочим, на прошлой неделе был! И я его по твоей милости одна-одинёшенька справляла! А ты даже не написал!

— Написал. Просто письмо ещё не дошло. У меня к спецсвязи нет доступа, знаешь ли.

— Мог бы телеграмму отправить! И вообще — куда ты там пялишься⁈

Вика вновь ткнула меня пальцем и едва слышно зашипела, поскольку я задействовал технику закрытой руки.

— Романа высматриваю, — слукавил я, не желая давать вздорной девчонке повода для выяснения отношений. — И не вижу. На похороны не пришёл или Ника супруга в Новинске бросила?

— Всё уже! — насмешливо фыркнула Виктория. — Развелись! И месяца в браке не прожили, как разбежались!

— Даже так? — поразился я, поскольку счёл слова Кондрата Семёновича о бывшем супруге не свершившимся фактом, а делом отдалённого будущего. — Папенька мозги вправил?

— Нет, он просто за важными государственными делами денежный перевод отправить забыл, а Нике стипендии даже на косметику и наряды не хватает. Они в санатории на всём готовеньком жили и то под конец собачиться начали, а после возвращения в город почти сразу в пух и прах разругались. Папа так смеялся, так смеялся, когда нас на аэродроме встретил… До слёз просто! Ника на него даже обиделась.

— Слышал, он и сам развёлся?

Вика расплылась в счастливой улыбке.

— О, да! Выгнал наконец-то эту козу драную! Она ему изменяла, представляешь?

— Вот как?

— Да! И чуть ли не с кем-то из подчинённых Эльвиры! — Барышня зябко передёрнула плечами. — С самой Эльвирой вообще кошмар… — Она вдруг вперила в меня пристальный взгляд зелёных глаз. — А ты здесь зачем? Неужели так хорошо её знал?

— С другом пришёл, — не полез я за словом в карман, ещё и указал на Льва. — Вон того длинного видишь? Он с ней работал, расстроился жутко. Присматриваю, как бы в канал не бросился.

И мало того, что выглядел мой бывший одноклассник — краше в гроб кладут, так я ещё поспешил перевести разговор на другую тему.

— Слушай, ты немного вытянулась за месяц или на шпильках на кладбище заявилась? Была же ниже?

Строгое платье в пол помимо всего прочего скрывало и обувь, так что Вика гордо подбоченилась.

— А вот приходи сегодня вечером в гости и узнаешь! — заявила она.

Я от такой прямоты как-то даже растерялся.

— В смысле?

— Что — в смысле? Не пойду же я на свидание в этом балахоне! Давай, пригласи меня куда-нибудь! Ну пожалуйста! Иначе одной в гостинице весь вечер прокуковать придётся! Папа сегодня допоздна на совещании будет, Ника на девичник к Маринке уйдёт, а меня эти дуры набитые с собой не позвали. Маленькой обозвали, представляешь⁈ А мне шестнадцать уже!

От такого напора я смешался окончательно, но всё же напомнил:

— А как же родственники?

— Они ску-у-учные! — протянула Вика и дёрнула меня за рукав.