А вот Тана, которую привел Юрка, очень отличалась от той Таны, которую мне довелось видеть в храме турронов. Не во внешности дело. Это была все та же красивая, стройная шатенка, но вот ее поведение, взгляд, опущенные плечи и какая-то безысходность во всем облике, резко отличали ее от той дерзкой, самоуверенной притворщицы.

— Позвольте представиться, я… — начл говорить Фонтей, но Едемский-старший его перебил.

— Нет необходимости. Вряд ли найдется хоть один маг, не знающий Эзура Элазара Фонтея. А уж результатами ваших трудов восхищаются и пользуются многие поколения магического сообщества, — произнес гость.

— Да, уж. Пользуются, — скептически усмехнулся чародей.

— Позвольте мне представиться. Едемский Григорий Демидович, ваш покорный слуга, — он кивнул деду. Да, похоже, в семье Юрки традиции крепки. Чувствуется даже по манере разговора его предка, по его поведению. — Я отец этого оболуса. А это моя дочь — Тана.

— Не стоит называть столь блистательного отрока оболтусом. Я нахожу, что ваш сын образован, любознателен и правильно расставляет жизненные приоритеты, уважаемый Григорий Демидович. Что, я вам скажу, весьма похвально для юноши его возраста. Присядем? — Элазар щелкнул пальцами, и около стола появились три стула с высокими спинками.

— Благодарю вас, — Едемский-старший сел первым, а потом кивнул детям, и те последовали его примеру. — Итак, речь пойдет о моей дочери Тане. Я верно понимаю?

— Не совсем. Скорее, речь пойдет о семье Апехтиных. Вы же их знаете, не так ли? — дед вопросительно взглянул на гостя, дождался кивка и только тогда продолжил: — Хорошо. Значит, вы мне все и расскажете. Подробно, не упуская никаких мелочей.

— О чем собственно, рассказывать? — озадачился Юркин отец. — Даже, право, не знаю. Апехтины наши соседи. Юрий с раннего детства был дружен с Алексеем Апехтиным. Их род хоть и древний, но за последние века практически утратил магию. И я не одобрял сближения Алексея с моими детьми. Особенно, с Таной. Вы ведь понимаете меня? — Григорий Демидович посмотрел на Элозара.

— Признаться, нет. Как может повлиять наличие магического дара на отношения между людьми? — сдержанно спросил дед. Чародей был серьезен. Даже опечален, но собеседник не понимал его состояния.

— Людьми? Магами! Разве не долг каждого мага приумножать дар в каждом последующем поколении? — разгорячился Едемский-старший.

— Оте-е-ец! — сдавленно простонал Юрка. Щеки его полыхали румянцем. Да, его положению не позавидуешь. Он-то, в отличие от родителя, знал, как Элазар относится к разделению общества на одаренных и неодаренных.

— Разве я не прав? — не вник предупреждению тот. — Апехтин просил руки Таны для своего Алексея. И я отказал ему и быстро нашел для дочери жениха из более перспективного рода.

— Ты отказал Вениамину Сергеевичу? Отказал? — воскликнула Тана Едемская. — Ты же сказал, что все было в точности до наоборот! Что это он был против нашего брака!

Фонтей закашлялся, пряча усмешку в ладонях. Перед нашими глазами раскрывались не самые приятные тайны Юркиной семьи.

— Не имеет значения, — возразил Григорий Демидович. — Я выбрал тебе приличную партию, и ты, как послушная дочь, согласилась с моим выбором.

— Я не соглашалась… — прошептала девушка. — Меня просто никто не спрашивал.

— Что ты хочешь этим сказать? — взгляд родителя стал колючим.