Речка имела в ширину метров двадцать и чуть более метра в глубину. Течение её было не таким уж и медленным, что позволяло, соорудив плотину, создать вполне приличный водоём. С этого момента я стал метать огненные шары расчётливее. Крупными я, как и прежде, привлекал к себе и Белокурой Салвинг крысомедведей, а шарами поменьше стремился найти уязвимую точку и через полчаса мне удалось это сделать. Бить нужно было в пах. Именно там сидела магическая крыса, после смерти которой туша крысомедведя осыпалась грудой мусора и из неё во все стороны с писком разбегались небольшие пушные зверьки. С этого момента я принялся убивать магических крыс с таким расчётом, чтобы перегородить речку плотиной. Попутно, давая зверькам разбежаться, я трамбовал и уплотнял её. Моя работа продвигалась быстро и уже через час под нами образовался пруд, который постепенно заполнялся водой, а это моя любимая магическая стихия.

Чем больше становился пруд, тем большее число крысомедведей сбиралось вокруг нас. Дно широкого распадка было плоским и потому вода разливалась на большом пространстве, ведь длина плотины высотой всего в четыре метра, составляла почти семьсот метров в длину. Мне только и оставалось, что дождаться момента, когда все крысомедведи окажутся в воде. Тысячи моих водных големов тишком душили магических крыс вблизи плотины и она становилась всё шире и шире, а также и выше, поскольку я убивал их и на ней тоже. Даже глубина в четыре метра не очень-то пугала крысомедведей, но такая была не везде. Белокурая Салвинг по-прежнему освещала лес своим небесным светом и неутомимо истребляла крысомедведей, выкрикивая свои наивные проклятья в их адрес. Она была неутомима, а вот я уже стал понемногу уставать, но у меня хватило сил, чтобы дождаться той минуты, когда, облетая водоём, кишмя кишевший крысомедведями, по кругу, увидел, что они уже не нападают на моих друзей. Почти все твари собрались в нём.

Настало время нанести последний удар. В воде находились уже десятки тысяч моих водяных големов и все они устремились ко дну, чтобы превратиться в магический лёд и приморозить задние лапы крысомедведей к нему, сковав их. Белокурая Салвинг по моему приказу перестала метать огненные шары и я стал убивать магических крыс холодом. Всех прочих зверушек я не трогал и те устремились к берегу. Не думаю, что купание в холодной воде причинило им большой вред. Хотя их и погибло огромное количество, большей части белок, куниц и соболей мне удалось сохранить жизнь, а значит здешние леса не опустеют. Вскоре в живых не осталось ни одной магической крысы. Все они были истреблены и когда бой закончился, мы увидели, как сильно изменился вид этих мест. За исключением Белокурой Салвинг, мы все смертельно устали. Вокруг пенька, на котором стояла Лара, высился вал выстой метров в десять. Мои друзья тоже нашли уязвимое место крысомедведей, а потому их истребление не было тотальным.

Мы вскочили на коней, но только для того, чтобы отъехать от места ночной битвы на несколько километров и там спешиться. Я достал из магического склада тот самый дом, который послужил нам на берегу залива, денник для лошадей и мы, заведя в него лошадей, попадали спать. Наутро пусть и не с первыми лучами солнца, мы отправились в путь.