– В смысле? – сильно растягивая гласные, проговорил Вениамин Сергеевич, вытаращив на нее тусклые глаза, и неожиданно сделался вежливым, обратившись к ней на «вы». – Вы о ком?

– О нашем с вами общем знакомом, о Стасе Никулине. Мы же с вами знаем все о его бизнесе. Разве нет?

Стропов, подумав, с заминкой кивнул.

– Стал бы он оставлять девчонку в доме, если по неосторожности или по злому умыслу ее пришиб, к примеру? И уж точно в клумбе не зарыл бы. Разве ему негде это сделать?

Ее несло по тонкому льду жуть куда! Одно неосторожное слово – и она потонет в собственных фантазиях, которые выплескивает на матерого преступника. Илья наверняка за стеклом стервенеет. А Носов скулит и обзывает ее идиоткой.

– Откуда сведения, что он ее того… Мог пришибить по неосторожности? – с нажимом произнес Стропов, приглядываясь к Вале внимательнее, почти отечески. – Ответь, девочка, по-человечески. Без всякого дерьма типа: вопросы здесь задаю я. И все такое. Возможно… Возможно, мы с тобой на одном поле…

Вот уж нет! Этому никогда не бывать! И поля у них разные. И стороны у баррикад. О задачах вообще отдельный разговор.

Но Валя схитрила. Кивнула легонько и спросила:

– Зачем она вам была нужна? Ответите вы, скажу и я.

– Из-за тачки, – не стал долго ломаться Веня. – Она скинула тачку через Стаса. Сказала, что она чистая. А ребят приняли с ней. И оказалось, что тачка в угоне. Предъявили Стасу. Он обещал предъявить ей.

– Он не мог не знать, что машина объявлена в розыск. Ерунда какая-то, – нахмурилась Горохова. – Он знаком с хозяйкой фирмы, чья машина была угнана. Белый седан…

– Стоп, девочка, – поднял вверх Веня пухлые ладошки. – Речь не о белом седане. Речь о внедорожнике.

– А марку, цвет назовете? – Она глянула на мгновенно насторожившегося Стропова и наклонилась к нему через стол, прижимая руку к груди. – Это существенно сэкономит нам время. И вам, и нам. Мы же все равно узнаем, что за парни, где их приняли, раз след ведет к Соколовой. Вениамин Сергеевич?

Стропов дал полный ответ по марке, цвету и даже году выпуска машины. И, заметив, как округлились глаза у Вали, переполошился:

– Что такое?

– Нет, нет, извините. Все в порядке, – поторопилась она исправиться. – Просто удивлена… И Никулин выступал посредником в этой сделке?

– Да.

– И когда возникли проблемы, вы ему предъявили претензии?

– Совершенно справедливо, не находишь? Он продал парням тачку с историей, – подергал жирными плечами Стропов. – Должен либо ответить, либо деньги вернуть. Он начал юлить. Дал нам адрес этой девки. Сказал, что тачка ее. И она не должна была объявить ее в розыск. Он вообще не в теме, почему все так.

– Когда состоялся разговор? – хищно прищурилась Валя.

Стропов назвал день недели.

– За сутки до того, как нас приняли менты, – уточнил он.

И за двенадцать часов до того, как Никулин заявился к Ирине Соколовой, о чем-то долго с ней спорил. А затем вынес ее на руках и вывез в неизвестном направлении на своей машине.

Интересная картинка получается!

– А он – этот ваш Станислав Никулин, так полагаю, ничем не брезговал? – поинтересовалась она, закрывая папку.