– Эльза, девочка, что-то случилось?

Ей почудился подвох. Она прищурилась в его сторону.

– Нет, нет, я серьезно. – Его обеспокоенность выглядела сносно. Почти искренне. – Ты нервная какая-то. Бледная, осунувшаяся. Что-то с бизнесом не так?

– Нет. Не с бизнесом. С наследством.

Они сидели рядом за столом. Ее матери и дяде вдруг приспичило отметить день рождения покойной тети Зои. Ну не бред?! И они все собрались у нее на даче. «Скверная идея», – подумала тогда Эльза. Однако промолчала. Не стала никак комментировать их решение. Но весь вечер наблюдала за тем, как хозяйски приценивается Арсений к каждой вещи в загородном доме. И ей это, разумеется, не могло нравиться! А еще присутствовала какая-то левая тетка, которую пригласил дядя. Та смущалась и краснела, как великовозрастная старая дева. И Эльза сочла ее притворщицей, стремящейся поскорее выти замуж. Дядя Эльзы был неплохим кандидатом. Умным, еще довольно крепким. И с неприлично разбогатевшим к нынешнему дню сыном.

– А что с наследством, Эльза? – прикинулся непонимающим Арсений.

Эльза развернулась к нему, холодно улыбнулась и произнесла:

– А ничего. Его просто нет. Все досталось тебе, братец. Все! Включая колье, которое стоит баснословно дорого.

– И выглядит так же, – фыркнул Арсений.

– В смысле? – округлила Эльза глаза.

– В том самом, что выглядит баснословно, то есть никак. Его нет. Его украли. – Он широко развел руками, задев ее локоть и не обратив на это внимания, не извинившись. – Его украл убийца.

– Хватит врать, – подергала Эльза плечами. – Наверняка Зоя спрятала его в какой-нибудь банковской ячейке, до которой пока не дотянулись руки единственного наследника!

Приглашенная тетка засмущалась еще круче. Ее физиономия сделалась багровой. Это ей, надо полагать, за Эльзу стало стыдно. Идиотка!

– Что-то не так? – подарила ей надменную ухмылку Эльза. – Вас что-то смущает? Или, напротив, вас не смущает, что ваша подружка по даче ничего не оставила никому, кроме как этому вот великовозрастному дитяте?

Тетя промокнула губы накрахмаленной салфеткой. Подняла на нее глаза: ясные и красивые, как нехотя признала Эльза. И произнесла, гадина:

– Нет. Меня ничего не смущает. Как раз, напротив, познакомившись с вами со всеми, я неожиданно поняла Зою. Арсений – единственный кандидат, способный распорядиться наследством, как надо…

– Он распорядится! Он точно распорядится! – ворчала всю дорогу до Москвы мать Эльзы. – Просрет все за полгода и пойдет по миру с протянутой рукой.

– Ма, уймись. Он обещал поделиться, – напоминала ей Эльза последние слова Арсения, обращенные им к огромному портрету Зои, выставленному в столовой на даче на видном месте. – И с фирмой мне обещал помочь. И тебе с квартирой. Уймись и не злись.

Но мать ворчала и ворчала. И Ивану досталось, как змею подколодному. И покойной сестре: старой шлюхе.

– Как это они еще ее любовника не додумались пригласить! – фыркала ядовито мать. – Хотя, если всех их собрать, нам бы места за ее огромным столом не хватило. Одно слово – шлюха!

Эльза во многом была с матерью согласна, но молчала, не желая провоцировать ее еще больше. Мать могла при случае ее процитировать Арсению.