– Хорошо, молодец, майор. Работайте по этой версии. А по убийству ювелира у вас наружное наблюдение есть, я правильно понял?

– Так точно.

– Хорошо. Работайте. Да, и к завтрашнему утру изложи мне все в письменном виде.

Глава 23

– Почему вы в черном? У вас кто-то умер?

С этого начался ее разговор с женщиной по имени Тая – соседкой по даче Зои Григорьевны Илюхиной. Тае было за пятьдесят. Ошибиться Валентина не могла. Но выглядела та очень свежо и молодо. Розовощекое лицо, сияющие глаза, пушистые волосы, ситцевое платье в пол нежного молочного оттенка. Да, и на груди и рукавах платья изящное плетеное кружево. Горохову лично от такого передергивало всегда. Но того, что Тае шли и ситец и кружево, она не могла не признать. И выглядело это очень уместно среди зелени и цветов, обласканных солнцем.

– Нет. Я просто люблю носить черное, – ответила Валентина на ее вопрос.

И осмотрела себя всю от черных сандалий и легких черных брюк до черной футболки. Нормально, удобно, а что такого то?

– Вам, милая, следует носить что-то яркое, цветное. Вы молодая, симпатичная. И волосы у вас, как… – Тая подумала и с улыбкой завершила свою мысль: – Как облако. Попробуйте нежные оттенки серо-голубого. Вам непременно пойдет, я считаю.

– Я подумаю, – кратко ответила Горохова.

Она была смущена и обескуражена. Никто и никогда не делал ей замечаний по поводу ее одежды. На службе все всех устраивало. А вне службы делать замечания ей было некому.

– И думать тут нечего.

Женщина сложила разноцветные лилии, она собирала из них букет. Обрезала секатором стебли, сунула цветы в пузатую стеклянную вазу.

– Красота же, – глянула она вопросительно на Валю.

Та кивнула. Самой ей любоваться растительностью всегда недоставало времени. Розы или лилии, ромашки или колокольчики, без разницы. Она никогда их не выращивала. Не любила букетов дома. Любоваться некогда. Завяли, всегда забывала выбросить. И они торчали из вазы голыми стеблями и поникшими соцветиями.

– Так о чем вы хотели со мной поговорить, девушка из полиции? – мягко улыбнулась Тая. – Это из-за смерти Зои, я не ошиблась?

– Так точно. Требуется кое-что уточнить. Дело касается ее друга… С которым Зоя Григорьевна состояла в отношениях, – пояснила Валентина, тщательно подбирая слова.

– Вы имеете в виду ее любовника Стаса, – покивала Тая. – Неприятный тип. Я так сразу Зое и сказала, когда она его выгуливала по нашим улицам.

– Выгуливала?

– Да, Зоя любила выставить напоказ свое богатство. Своих мужчин. Вот, мол, завидуйте. Я в возрасте, а у меня все отлично. Только… Разве в этом счастье?

Светло-голубые глаза Таи остановились на лице Гороховой. От нее требовался ответ.

– Наверное, – поддакнула она.

– Мы с ее братом сошлись во мнении тоже. – Она опустила голову, щеки зарозовели пуще прежнего.

– У вас были отношения? С Иваном Григорьевичем? – прозрела Валя.

– Нет, но… Но все шло к тому, пока Зоя не вмешалась. Быстро увезла Ивана отсюда. Решила, что он чрезвычайно увлекся прогулками со мной. Потом ее внезапная кончина. Он больше сюда не приезжал. Позвонил, и то хорошо.

– О чем говорили?

Горохова сидела на узкой скамейке около садового столика. Руки ее, ухватившись за обрезанные стебли лилий, счищали с них кожицу.

– Он спрашивал меня о Зое, о Стасе. И я тут кое-что вспомнила.