И, наконец, закончив свой рассказ, он со слабой улыбкой посмотрел на королеву.

– Ну вот. Это все.

– Я не знаю, что сказать. Это… невероятно!

– Каждое мое слово – правда, королева Джелена. Верите вы ему или нет.

– Так вот почему вы идете против Никабара? Чтобы отомстить?

– А этого недостаточно? Разве вам самим он нужен не для этого?

– Наверное, – признала Джелена. – «Бесстрашный* внушает ужас моим подданным. За эти годы он пустил ко дну бесчисленное множество наших кораблей. Мы не сможем заключить мир с Наром, пока этот дредноут не будет уничтожен. Бьяджио ошибается, если считает, что речь идет только о мщении. Здесь гораздо большее. Это важно для нас как для нации. Мы не сможем существовать дальше, не уничтожив „Бесстрашного“.

– Думаю, я это понимаю, – отозвался Касрин. – Это – вопрос о гордости и чести. На самом деле и со мной дело обстоит примерно так же. Вы говорите о гордости целой нации. Я говорю о гордости одного человека. О моей.

Королева едва заметно улыбнулась.

– Ну, хорошо. Раз уж вы специалист по Никабару, то скажите, как нам его одолеть.

– О! Так, значит, вы приняли решение?

– Пока нет, – возразила королева. – Мы просто разговариваем, вы и я. Давайте на секунду представим себе, что мы будем делать, если нам надо будет противостоять «Бесстрашному». Какие у него слабые места? Как бы вы нанесли ему поражение, капитан Касрин?

– Блэр, – поправил Касрин.

– Что?

– Меня зовут Блэр. Джелена отвела взгляд.

– Так что бы вы сделали? – снова спросила она.

Касрин задумался над ее вопросом. «Бесстрашный» был самым большим дредноутом флота, и вооружен он был лучше других. В результате этого скорость у него тоже была ниже, но это было не таким уж большим недостатком. Медленное движение было обусловлено толщиной брони этого дредноута. Касрин задумчиво потер подбородок. Возможно, у «Бесстрашного» слабых мест нет, но у Никабара они определенно есть. Касрин думал над тем, что ему сказал Бьяджио:

Никабар проглотит любую приманку, если решит, что это даст ему возможность покорить Лисс.

– Самоуверенность, – решил, наконец, Касрин. – Я бы воспользовался этой слабостью. Я никогда в жизни не встречал человека, который был бы более заносчивым, чем Ника-бар. И более одержимым. Бьяджио прав насчет него. Если я скажу ему, что знаю пролив, ведущий в центр Лисса, он этому поверит.

– Вы уверены? Вы только что сказали мне, что Никабар вас ненавидит.

– Ах, моя королева, есть нечто такое, что Никабар ненавидит гораздо сильнее, чем меня, – и это Лисс. – Касрин негромко засмеялся. – Это и станет нашей ловушкой. Нам надо навязать ему бой на мелководье, окружить пушками со всех сторон, отрезав путь к отступлению. Какой-нибудь узкий пролив в окружении холмов. Вопрос в том, готовы ли вы это устроить.

Однако королева по-прежнему отказывалась связать себя обязательствами. Касрин ждал ее ответа, но Джелена молчала. Она встала со скамейки, подошла к краю пруда и присела на корточки, чтобы зачерпнуть немного чистой воды. Она лила ее по каплям обратно, глядя, как по поверхности разбегаются круги.

– Я люблю воду, – сказала она.