От напряжения все его мышцы кричали от боли. Рядом Лэни напрягался до дрожи, потел и ругался, пытаясь подвинуть ящик по настилу. Наконец он сдвинулся на палец, потом – еще на один и очень медленно встал опять вертикально. Касрин позволил себе вздохнуть. Опасность потерять груз на время была предотвращена.

– Будь все проклято! – бросил Касрин. – Как это похоже на Бьяджио – устроить нам такую гадость!

Он рассчитывал, что им помогут с погрузкой, но люди из военных лабораторий просто вывалили свой груз и уехали, стараясь остаться незамеченными. Касрин понимал, что это – часть тайного плана Бьяджио и что секретность соблюдать необходимо, но от этого его раздражение не уменьшилось. Его люди все еще в поте лица готовили корабль к выходу в море, а сам Бьяджио очень припозднился. Император должен был подняться к ним на борт уже несколько часов назад. Если они намереваются отплыть до рассвета, как было запланировано…

По своей недавно приобретенной привычке Касрин окинул взглядом причал, выискивая своего пассажира. Он уже стал сомневаться в том, что Бьяджио появится. Возможно, его планы были раскрыты – а может, это была какая-то дьявольская уловка, некое мщение, которое он задумал вместе с Никабаром.

«Нет, – в который раз сказал себе Касрин, – он явится».

– Нам нужны еще канаты, – сказал Лэни, выводя Касрина из задумчивости. – Он слишком тяжелый для одного только ворота.

Касрин недовольно кивнул. Погрузочный ворот дредноута не был рассчитан на такие большие грузы, как этот чудовищный ящик. Капитан снова цветисто выругался, рассматривая огромную деревянную коробку. Все его люди были заняты другими делами: готовили приборы и такелаж, а также многочисленные паруса «Владыки». Но они никуда не уплывут, если не поднимут горючее на борт. Огнеметы – их единственный шанс против «Бесстрашного».

– Обвяжите его еще несколькими концами, – согласился он. – Тэйлар, возьми столько людей, сколько понадобится. Главное – подними его на борт.

– Есть, сэр! – ответил юный мичман, а потом осторожно перелез через ящик и пробежал по сходням.

Касрину было слышно, как он требует еще канатов и людей. Он решил позволить себе совершенно необходимую передышку и спустился по сходням на причал, наполняя грудь соленым воздухом. Как он и ожидал, следом за ним сошел Лэни.

– Мы его затащим, – пообещал Лэни. – В конце концов, это же просто ящик!

– Это все равно, что двигать целый город, – отозвался Касрин. – Мне следовало бы сообразить сразу. Я должен был догадаться, что мы не сможем поднять на борт это чертово горючее с необорудованного причала.

– Поднимем, – еще раз заявил Лэни, на этот раз более решительно. – Не беспокойся. Думай лучше о том, как нам остаться живыми, когда доплывем до Кроута.

– Точно! – Касрин рассмеялся. – Вот это будет настоящий фокус, да? Как только со шхун Джелена нас заметят, нас тут же окружат. Я только надеюсь, что Бьяджио знает, что делает.

– Если только он явится, – мрачно сказал Лэни. – Офицер всмотрелся в сумрачный переулок, ведущий к причалу, но императора по-прежнему не было видно. – Лучше бы ему побыстрее приехать, если он хочет, чтобы его не заметили.

– Он придет, – отозвался Касрин. – Я видел его лицо, Лэни. Он не лгал.

Офицер пожал плечами.

– Тебе виднее. Но мне все это кажется безумием. Он – император. Зачем мы ему понадобились?

Касрин досадливо возвел глаза к небу. Он уже пытался объяснить происходящее другу, но, видимо, говорил недостаточно убедительно.