При мысли об этом Джуно прищурила глаза и вырвала стакан из его руки, расплескав немного сока с содовой. Вкус у напитка оказался такой, что просто заряжал здоровьем. Она пожалела, что не ушла. Вид Джона вызывал у нее почти физическую боль.

– Орешки? – предложил он.

– Нет, спасибо, – холодно ответила Джуно. И тут она заметила, что у него за спиной вот-вот освободится стул. Как человек с большим опытом, Джуно знала, что медлить нельзя. Стая гиен уже нацелилась на эту добычу с другой стороны, пока сидевшая девушка надевала жакетик. Джуно подалась вперед. Джон решил, что она бросилась навстречу ему в порыве нахлынувших чувств, распростер руки и заключил ее в свои объятья:

– Я тоже скучал без тебя, мой пухлясик!

– Прочь с дороги, идиот, – прошипела Джуно, вывернувшись из его объятий и перехватив стул перед самым носом у конкуренток, которые наградили ее возмущенными взглядами, так же, впрочем, как и Джон.

– Ты назвала меня идиотом, – произнес он с глубоко уязвленным видом.

– А ты назвал меня пухлясиком, – ответствовала она, разместив свой стул на безопасном расстоянии от Джона и усевшись.

– Но ты раньше любила, когда я тебя так называл.

– Нет, раньше я любила тебя и потому терпела, когда ты меня так называл, – уточнила она. Сидя, она обнаружила, что у платья имеется побочный эффект: оно перекрывает циркуляцию крови в нижней части тела и пропускает в легкие не более двух молекул воздуха за один вдох. Встроенный корсет вдавил ребра в легкие, а грудь поднял так, что она могла положить на нее подбородок.

К счастью, эта поза, чреватая для нее наступлением комы, произвела на Джона такое впечатление, что он мгновенно забыл про «идиота» и в полном молчании смотрел несколько секунд на возникшие перед его глазами две сферы – ее грудь.

Джуно получала удовольствие от ощущения собственной власти. С самым скромным видом она потягивала сок. Заставим подлого изменника немного попотеть, подумала она с радостью.

Она взглянула на его часы. Половина десятого. Останусь до десяти, решила Джуно.

– Как я уже сказал, сегодня ты выглядишь великолепно, ягодка, – с нежностью обратился он к ее бюсту.

– Спасибо, – Джуно глазами пожирала орешки.

– Просто великолепно! – последовал многозначительный взгляд. – И ты надела серьги, которые я тебе подарил!

Черт! Как она не сообразила снять их прежде, чем подходить к нему!

– Просто они сочетаются с моими туфлями, – она выставила ногу так, что ударила его по голени. – У меня нет других золотых украшений – ты же знаешь, это не мой стиль.

– Вот как? – он искренне удивился и немного огорчился. – Что ж ты мне раньше не сказала? А те часы, которые я тебе подарил?

– Никогда не надеваю их, – она презрительно сморщила нос.

– А брошка в виде микрофончика?

– Потеряла, – она пожала плечами.

– Вот тебе и на, – его густые брови сошлись на переносице. – Ужасно жаль. А я-то думал, они тебе нравятся. Я так старался, выбирал.

Джуно почувствовала угрызения совести, но промолчала.

Джон опять уже улыбался, самоуверенное выражение вернулось на его загорелое лицо.

– Итак, ты получила мой факс, – он подвинулся к ней поближе. – И более того, ты пришла. Я сомневался, что ты придешь.

– А я сомневалась, что значит подпись «Дж.», – она отодвинулась. – И все же ты был уверен настолько, что заказал столик в ресторане.

– Подумал, подцеплю кого-нибудь здесь, если ты не придешь, – нервно пошутил Джон и сам, как всегда, первый засмеялся своей шутке.