Глава 27

Накануне свадьбы вечером я сидел за столом и пытался подвести итог, что я успел сделать, а что так и осталось в подвешенном состоянии. Онкоцентр и госпиталь работают, как часы.

Мне всё-таки удалось уговорить Рябошапкина побыть некоторое время управляющим, но только после того, как Сальников клятвенно пообещал старательно вникать в организационные процессы и принять олимпийский огонь максимум через пару месяцев. Этот вопрос закрыт.

К доходному дому один за другим подъезжают на разгрузку грузовики с мебелью, техникой, утварью и прочими жизненно необходимыми мелочами. Грузчики под контролем Прасковьи и Савелия расставляют всё по местам, придавая квартирам жилой вид. Окончательно подготовка к заселению будет произведена за выходные. В понедельник приглашённым лекарям и преподавателям будет дана команда «ключ на старт», и мы начнём встречать первенцев. Как же это волнительно!

Архитектурное бюро полностью готово к началу работы. Вчера мы с Шапошниковым пили там кофе из нового аппарата, для Насти я купил лучший.

— Вывеску предлагаю в субботу утром повесить, — сказал Николай, кивнув на стоявшие у стены золотые буквы. — Стены холла мы просто покрасили, вы там развесите потом плакаты с чертежами и готовыми работами. Не забудьте, кстати, разместить там изображения нового здания таможни и дворца Волконского, когда их достроят, тоже очень показательно. С такой рекламой у Анастасии Федоровны от клиентов отбоя не будет. А когда вы ей, кстати, собираетесь продемонстрировать бюро, с утра пораньше?

— Скорее всего да, — ответил я. — Думал после церемонии, но мы ведь останемся с ночёвкой в загородном имении, а на следующий день дарить подарки как-то нехорошо.

— Ясно, — кивнул Шапошников. — Значит в шесть утра вывеска будет на месте.

— Может тогда лучше в пятницу вечером, чтобы в субботу в четыре утра не вставать? — предложил я.

— В пятницу вечером ещё есть риск, что она увидит вывеску раньше времени, — покачал головой Николай. — Лучше перестраховаться.

— Хорошо, — кивнул я. — делайте так, вам виднее. Теперь только остаётся найти убедительный повод, чтобы проехать по набережной Екатерининского канала.

— А ничего не надо придумывать, — улыбаясь сказал Николай. — Просто скажете, что надо проехать именно здесь и всё. Анастасия Федоровна девушка умная, глупых вопросов задавать не будет.

Я сидел за столом, вспоминая этот разговор и то, как выглядит бюро изнутри. Насте должно понравиться. Работников, я думаю, она быстро наберёт из своих однокурсников. Скоро она получит свой красный диплом и откроет бюро, которое очень быстро станет популярным в Питере и за его пределами. Того и гляди ещё расширяться придётся.

А ещё терзают мысли, что же там придумала Мария по случаю свадебной церемонии. Вспомнил её в кокошнике с караваем. Эта мадам точно что-нибудь отчебучит незабываемое. Иногда смотрю на неё и не верю, что она в прошлой жизни была княгиней, боевым магом и что у неё было своё княжество с десятками, а то и сотнями тысяч подданных. В голове не укладывается. Скорее всего большой отпечаток наложила жизнь в деревне, там поневоле станешь проще смотреть на жизнь.

Я забрался под одеяло, выполнил с полной выкладкой медитацию с золотым амулетом на девятой ступени, но сна всё равно ни в одном глазу. Так и пялился в потолок. Потом в дверь постучали, после чего она приоткрылась, с жалобным «мяу» вбежал Котангенс и запрыгнул ко мне на кровать. Ну не он же постучал?

— Не спишь? — тихо спросила мама, заглядывая в комнату.

— Пока не получается, — ответил я.

— Понимаю, — улыбнувшись сказала мама и вошла в комнату. Судя по одежде, она ложиться спать пока что даже не собиралась.