— Ты мне про это несчастное ядро расскажи хотя бы для начала, — пробубнила девочка. — Что это за ерунда такая.

— У меня есть отличная книга на эту тему, — сказал я. — Дам почитать.

— Ты думаешь, что у меня нет такой книги? — хмыкнул Виктор Сергеевич.

— Точно, деда Витя, у тебя же отличная библиотека! — воскликнула Мария.

— Я уже начинаю испытывать некоторую неловкость, Мария, — сказал я то, что уже давно вертелось на языке. — Ты видишь всех буквально насквозь. Это отличный талант, но его надо контролировать или не выдавать всё в открытом виде. Есть же у людей какое-то право на личное пространство, мысли в голове которые не говорят вслух — это тоже часть личного пространства.

— Ну хорошо, больше не буду, — пожала она плечами, удивлённо глядя на меня через зеркало заднего вида. — Не думала, что это какая-то проблема.

— Это проблема, — кивнул я. — Одно дело, когда подслушивание чужих мыслей может тебя спасти или помочь найти выход из сложной ситуации, но когда ты слушаешь всех подряд забавы ради — это уже моветон.

— Ясно, — ответила девочка и отвернулась к окну. — Но про библиотеку я уже знаю. Могла бы узнать просто чуть позже.

— Ты главное не обижайся, — сказал я примирительно. — Я прекрасно понимаю, что в другом мире другие правила, а в деревне этикету и общепринятым нормам поведения не учат или учат, но по минимуму.

— Вот ты тогда и научишь! — безапелляционно заявила Мария. — А что ты глаза на меня выставил? Сам предложил, сам и сделаешь!

— Да без проблем, — хмыкнул я, подъезжая к большому торговому центру, где наверняка должны быть детские отделы.

Другой мир, княжна, магичка, телепатия. Женщина всегда в первую очередь женщина, даже если она выглядит, как шестилетняя девочка. От перемеряных нарядов и пар обуви у меня уже начало рябить в глазах. К её вещам добавилось ещё как минимум два чемодана. Виктор Сергеевич схватился за голову, когда представил, где это всё размещать в своей квартире. Мария каждый раз давилась от смеха, когда видела его обескураженное выражение лица.

Я помог занести вещи в квартиру, освободить шкаф в гостевой комнате. Потом мы поужинали заказанными в грузинском ресторане блюдами, которые привезли с собой из торгового центра, поболтали немного, и я поехал домой.

На парковочной площадке перед домом стоял грузовой фургон, Пантелеймон руководил разгрузкой. В открытых дверях стояла Маргарита, раздавая указания грузчикам, что куда нести. По ходу родители и правда решили закупиться впрок, потому что на коробках я в основном видел маркировки различных продуктов. На душе стало неспокойно, отец никогда бы на такое не пошёл, если бы не чувствовал реальной угрозы. Как говорится «это ж-ж-ж неспроста».

Вслед за грузчиком я протиснулся мимо Маргариты и встретился в прихожей с взволнованной матерью.

— Привет, сын, — бросила она, чмокнула меня в щёку, не надевая пальто вышла на улицу и направилась к грузовику.

Я вошёл наконец в прихожую, снял пальто и шляпу. После всей этой мотовни очень хотелось сесть в кресло перед камином, закинуть ноги на пуфик, накрыться пледом и взять в руки книгу, попивая чай с плюшками. Но этому сбыться было не суждено. Камин давно остыл и запаса дров рядом не было, а Настюха была занята распределением продуктов по холодильникам и тумбочкам, заварить чай ей было некогда. Мог бы и сам, но в итоге нажал на кнопку кофемашины и через пару минут ушёл к себе в комнату, прихватив из буфета пару пирожков с неизвестной начинкой.

— Приехал? — спросил выходивший из своего кабинета отец, когда я поднялся на второй этаж. — Что сказал Обухов?

— Что вы скорее всего поступаете правильно, — ответил я.