После второй лекции я попрощался со студентами до вторника и направился в свой кабинет с твёрдым намерением немного вздремнуть. С непривычки две лекции подряд с полной самоотдачей выпили из меня все соки. Шёл по коридору и думал «съем мой любимый эклер и айда в тайную комнату, только один, без Гарри».

— Александр Петрович! — раздался сзади весёлый девичий голос. Кажется это Оксана Фёдоровна. Я обернулся, точно она. — Александр Петрович, привела я к вам диагноста! Вот знакомьтесь, Образцова Анна Семёновна.

Рядом с уже знакомой мне знахаркой стояла ещё одна, такая же молодая, но очень старающаяся выглядеть старше своих лет. Светлые волосы собраны в высокий пучок, оставив лишь две вьющиеся пряди на висках, строгий макияж и угловатая оправа очков. Строгий деловой костюм вместо обычного платья на выход завершали образ, который больше соответствовал не знахарке, а какой-нибудь бизнес-леди или строгой учительнице.

— Ну здравствуйте, Анна Семёновна, — улыбнувшись приветствовал я, с трудом подавив зевок. Надеюсь, что никто этого не заметил. — Оксана Фёдоровна уже посвятила вас в курс дела?

— Частично, — коротко ответила бизнес-знахарка, не отводя твёрдый как базальт взгляд.

Я посчитал что так прямо смотреть на будущего начальника — проявление волевого характера. В медицине это порой играет большое значение и должно пойти ей на пользу. Главное, чтобы она это «волевое поведение» в правильную сторону использовала.

— Тогда прошу ко мне в кабинет, я расскажу вам более подробно и отвечу на ваши вопросы.

— А я могу быть свободна? — поинтересовалась Оксана Фёдоровна.

— Да, конечно. Ждём вас завтра для свершения очередных трудовых подвигов, — сказал я, улыбнулся и помахал ей рукой на прощание.

Я повёл кандидата в сотрудники в кабинет, понимая, что моя мечта проглотить эклер и заснуть на какое-то время откладывается. Эх. Я сел за стол, Образцовой указал на кресло напротив и попросил Прасковью организовать чай на двоих. Так хотя бы планы с эклером сбудутся, будь он неладен уже.

— Оксана Фёдоровна упомянула, что у вас есть какой-то особенный дар, помогающий в диагностике заболеваний, — начал я, глядя в неотрывно уставившиеся на меня глаза претендентки. — Так в чём же заключается его особенность?

— Мою бабушку за это раньше называли ведьмой, — сказала она, улыбнувшись одними уголками рта. — По этой причине и мама и я скрывали эту передавшуюся по наследству по женской линии способность. Чтобы дар не пропадал зря, сначала мама, а потом и я, подались в знахарство. Врождённой магической силы у нас практически нет, но для знахарки это и не самый решающий факт, вы же знаете. Лечить микстурами и примочками может и не одарённый. А вот точно поставить диагноз может далеко не каждый человек, не имеющий ядра. Этим мы и отличаемся от остальных.

— Интересный рассказ, но вы так и не раскрыли суть вопроса, — сказал я, продолжая играть с ней в «гляделки».

— Мы видим человека можно сказать насквозь, — сказала Анна Семёновна.

— То есть вы сейчас смотрите мне в глаза и можете оценить мозговой кровоток? — улыбнулся я.

— У вас с ним всё в порядке, — сказала она и в первый раз улыбнулась. — Проблема в другом.

Произнеся последнюю фразу, она снова стала непробиваемо серьёзной.

— И в чём же? — насторожился я.

— Вы это не вы, — сказала она и снова замолчала, не меняя выражение лица.

— В смысле? — спросил я, ощущая смутную тревогу.

— Я точно не могу ответить, — пожала она плечами.