— Человек, — поправила Эдвина. — Это человек в подобранной вами одежде. И она пришлась точно впору...

— Полно вам, мисс Боллаш! — перебил ее Джереми. — Я слышал, как он здоровался с нами в передней! У него теперь новые манеры, новая речь и произношение просто потрясающее! Вы блестяще справились со своей задачей, мисс Боллаш!

Эдвина приосанилась. Действительно, она поработала на совесть.

— Это уж точно, — раздраженно фыркнул Мик. — Вы все справились просто блестяще!

— Нет, это сделали мы с вами! — обратилась к нему Эдвина. — Мистер Тремор оказался выдающимся учеником. И то, что вы называете чудом, целиком его заслуга!

Ее робкая попытка примирить раздраженных мужчин тут же потерпела крах, потому что Джереми Ламонт потребовал:

— А ну-ка, скажи что-нибудь! Скажи!

Мик состроил жуткую гримасу и ткнул пальцем в сторону стола:

— У меня тута все как есть записано, начальник! Дозвольте сперва взглянуть, а? — Даже в худшие времена он не говорил с таким акцентом!

— А мне показалось, что он говорил вполне прилично! — опешил Ламонт.

— Он просто обижен, — мрачно сообщила Винни.

— Я сам могу говорить за себя! — вмешался Мик. — И сперва хотел бы как следует разглядеть эти бумажки, приятель! — Он кивнул на пачку банкнот на каминной полке.

Джереми не знал, что и сказать.

Мик пригвоздил его к месту неподвижным, угрожающим взглядом.

Обстановка накалялась с каждой секундой.

Но тут, к счастью, появился Мильтон с горячим чаем.

Пока дворецкий накрывал на стол, Джереми немного успокоился и сел в кресло. Положив руки на набалдашник трости, он обратился к Мику:

— Все видели, куда я положил деньги. Разглядывайте их на здоровье, мистер Тремор! Ах да, чуть не забыл! Мисс Боллаш, нам следует подобрать ему более приличное имя! Например, Майкл Фредерик Эджертон, виконт Тремор. Конечно, такого титула в природе не существует, зато он откликнется, если его назовут Тремором. А для особо любопытных можно придумать отговорку, что он отпрыск какого-то захудалого рода из Корнуолла. Кому какое дело, что творится в последнее время в этой дыре! — И он обратился к Мику: — Майкл?

— Подумаешь, трудность! — презрительно бросил Мик. — Это же мое имя! Майкл Тремор.

— Ну... — Джереми снова посмотрел на брата, как будто желая поделиться с ним своим восторгом. Судя по всему, настроение у господ Ламонт заметно улучшилось. — Он все-таки научился говорить, как это ни удивительно! — Джереми снова обратился к Мику: — Вот и прекрасно. Майкл так Майкл.

Теперь настала очередь Винни.

— Отныне вам следует звать его Майклом, чтобы он успел привыкнуть.

Майкл. Майкл. Почему-то это имя вызвало у Винни смутную грусть. Он столько времени был для нее Миком. Ей будет нелегко думать о нем как о Майкле.

— Пусть он еще что-нибудь скажет. — Это снова Эмиль подал голос. — Велите ему говорить. Я хочу послушать.

Мик медленно повернулся. На миг Винни стало страшно: что он сейчас ляпнет? И она быстро сказала:

— Будьте добры, почитайте нам вслух! — И Эдвина протянула Мику первую попавшуюся книгу.

Он опустился в кресло, хотя явно чувствовал себя оскорбленным. Слава Богу, ему пришлось читать уже знакомый отрывок. Что-то насчет особенностей биологии китов. Его чтение не отличалось совершенством: Мик выговаривал звуки чисто, но делал паузы перед незнакомыми словами.

И тем не менее он выглядел чрезвычайно убедительно.