— Место. — Теперь рука мужчины указывала на контейнер, в котором данного монстра привезли.

Зверь зашел внутрь и улегся там так, что из коробки торчала только его массивная, покоящаяся на передних лапах, голова.

* * *

— А я почему-то думал, что вам животных держать запрещено, — выдал Марк, когда день встал на накатанную лыжню, и они с Альваром оказались в учебном классе на очередном занятии.

— Нам, это в смысле Фениксу? Почему это? — пожал плечами учитель.

— Ну не знаю. Вы все-таки что-то такое… — задумался Марк, подбирая подходящее слово.

— Какое еще «такое»? Что ты про нас вообще знаешь, кроме названия и того факта, что я в нем состою?

Если посмотреть правде в глаза, то кроме этих двух фактов про «Феникс» Марк больше действительно не знал ничего. И вот что еще было интересным, так это то, что особо и не стремился узнать.

— Ничего, инструктор Альвар.

— Вот именно. Ничего не знаешь, а выводы делаешь… Плохая черта, капрал, очень плохая!

— Виноват. Исправлюсь.

— Исправишься, — ухмыльнулся Альвар. — Я лично за этим прослежу. И не только за этим. Да, кстати, зовут его Демоном. И первое, что мы сделаем сегодня поле окончания этого урока, это познакомим наших животных. Думаю, они общий язык легко найдут, а там мой зверь твоего в плане этикета и поведения натаскает. Одной породы, как-никак, ньюштринцеры оба.

То, что его Тефтель и это инструкторское чудовище оказались одной породы, для Марка стало новостью. Уж сильно бросались в глаза их различия. Начиная от размера и заканчивая цветом и фактурой шерсти.

— Месяцев до семи-восьми они все маленькие и серые, — словно прочитав (или на самом деле прочитав?) его мысли, ответил на так и не заданный Марком вопрос Альвар. — А потом линяют, а массу набирают с сумасшедшей скоростью. Правда, твой зверь, скорее всего, бракованный, иначе его бы тебе тогда на тесты под списание не отдали. Но он ведь тебе для души нужен, а не для дела? Хотя… если с умом к вопросу подойти, то он и для дела сгодится. Не зря же тебе Вальтер кинолога найти предлагал. А я подумал… А зачем он нужен, если есть вариант поинтереснее?

* * *

Последующие занятия Марка под руководством Альвара были, на взгляд пилота, крайне странны.

Нет, пилот прекрасно понимал (особенно после того первого «плевательного» урока), что особо нянчиться с ним его инструктор по спецподготовке не будет. И все-таки капрал ожидал, что процесс будет идти по какой-то системе. Пусть по жесткой, но системе.

Если Альвар какой-то системы и придерживался, то логика ее была за гранью понимания нашего героя, ибо инструктор мог прервать лекцию на полуслове и заставить Марка отжаться сто раз. СТО! После чего, как ни в чем не бывало, продолжить вести урок. Или вообще объявить, что сегодня Марк будет слушать и записывать урок, стоя на одной ноге и не смея ни на что опираться. И это еще было не самым страшным, так как Альвар мог запросто устроить Марку лекцию «на бегу». В самом прямом смысле на бегу. Они вдвоем нарезали бесконечные круги по стадиону, при этом Альвар вел урок, а Марк должен был его внимательно слушать и записывать. На бегу записывать. За каждую остановку подопечного тому следовало наказание в пятьдесят отжиманий. Как его инструктор умудряется одновременно бежать и говорить, не сбивая при этом дыхания, для Марка было одной из самых великих загадок.

* * *

На полигоне наступило продолжительное затишье. Марк усердно, часто даже сверхурочно, занимался, стараясь перенять от Альвара как можно больше знаний и навыков. Мысль о сворачивании проекта засела где-то глубоко в его подсознании и непрерывно буравила ему оттуда мозг.