На выгрузку людей из первой машины никто особого внимания не обратил. Однако стоило только второму транспорту раскрыть грузовой люк и выпустить на волю самоходную платформу, на которой лежали наши герои, как работа закипела.

Спустя минуту кто-то уже обвязывал Леру тросами, дабы при помощи подъемного крана аккуратно перенести ее в ангар. Интересно, обращал ли Марк когда-нибудь внимание на то, что у ангара, служащего входом на подземные этажи полигона, в крыше имелся прелюбопытнейший люк, соответствующих Валерии размеров?

Также гостей выбежал встречать живой и здоровый Тефтель, сразу кинувшийся к своему хозяину. Однако его, к искреннему удивлению животного, все эти люди от хозяина отогнали. И на второй, и на третий раз тоже. Щенок заскулил, но, видя безрезультатность своих попыток, все-таки смирился и теперь, буквально не сводя глаз, наблюдал за Марком с некоторого расстояния, не иначе как выжидая подходящий момент для того, чтобы «прорвать оборону».

— А где Йоно? — Елена покрутила головой, осматривая пространство, и нигде не находя их штатного «суперинженера».

— Не там смотришь. — Полковник тихонько толкнул ее локтем под ребра, после чего пальцем указал на кабину подъемного крана.

— Не знала, что он умеет управлять чем-то подобным, — удивилась женщина.

— Он и не умел, куратор Елена, — вмешался в их разговор случайно пробегающий по делам один из бесчисленных рабочих. — Он научился. Пока вас не было. Сказал, что никому другому не позволит этим заниматься, под угрозой больших проблем.

Все три куратора переглянулись между собой. Гений — он во всем гений. Что ему стоит освоить за сутки подъемный кран? К тому же, за время отсутствия кураторов он, кажется, умудрился выбить себе среди персонала привилегированное положение.

Глава 8

Первое, что ощутил Марк, открыв спустя примерно сутки беспамятства глаза, это эффект дежавю, ибо он лежал в своей постели, в своем «домике», на своем полигоне. В этом он не сомневался ни секунды. Это было страшно. Заснуть в лесу и оказаться здесь, потом пережить все это, выбраться с территории полигона, и снова оказаться здесь же.

Марк прислушался к своим ощущениям, и вдруг понял, что все, что он способен делать, это моргать, и шевелить глазами. Во всем остальном его тело было парализовано. Это… Это было похоже на симптомы Ламии! Что именно пилот пережил в эти самые секунды, было одной Сестре известно.

— Марк, — раздался справа голос, в котором мужчина хоть и не сразу, но узнал куратора Елену, дежурившую у его постели все это время. — Не волнуйся, все в порядке.

— Все в порядке, — повторил за ней мужчина, после чего закрыл глаза и часто задышал, словно собираясь с силами для того, чтобы сказать еще что-то, но, видимо, нервное истощение оказалось слишком велико, и человек снова провалился в сон.

В следующий раз наш герой очнулся от того, что нечто сдавило ему грудь и теперь усиленно лизало лицо. Это было уже, кажется, даже не дежавю, а самое настоящее безумие.

Мужчина открыл глаза и буквально нос к носу столкнулся с… Тефтелем. Тот лежал на хозяине, как на перине, смотрел ему в глаза и самодовольно, насколько это слово может быть применимо к собаке, улыбался.

Кажется, шизофрения была к пилоту гораздо ближе, чем он думал. Марк хотел было потрогать собаку рукой, чтобы убедиться… убедиться в чем? Но конечности все еще отказывались ему повиноваться.

— Э-э-э, — простонал мужчина и снова скосил глаза направо. Елена, галлюцинацией она была или нет, пропадать никуда не собиралась.