Изменить размер шрифта - +
Я сидел в настоящем малиннике. Со мной за столом были Брусника, Черепашкина, сестры, Любаша и Кузьмич со своей матюрой.

Часика два люди поизображали из себя скромность и благопристойность, но когда свет потух и грянуло музло, началось безудержное веселье.

Конкурсы тоже были.

Вот только вместо легендарной темы с карандашом и бутылкой, Кристина Константиновна заставила подружек невесты бороться в надувном бассейне. Да-да-да, в бассейн по щиколотку налили масла для массажа.

Я бы очень хотел на это посмотреть, — наверняка зрелище незабываемое, — вот только в этот самый момент, как назло, на производстве произошла какая-то хуйня. Что-то случилось с одной из фур, гружёных авокадо. Так что пока все наши девки свалили на танцпол, мы с Кузьмичом залипли в телефоны и пытались всё по-быстрому разрулить.

Тут из темноты к нашему столику подошёл человек. Да не просто подошёл, а в наглую плюхнулся на стул рядом со мной.

— Ты Прямухин⁉ — проорал он сквозь музыку.

— Я Прямухин!

— Отлично! Тебя-то мне и надо…

 

* * *

НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ НАЗАД. МОСКВА. ПРИЁМНАЯ ЭРЦГЕРЦОГА ЖИЗНЕТЛЕНОВА.

Евгений Евгеньевич Жизнетленов сидел за рабочим столом. Обстановка его приёмной была богатой, добротной, но всё-таки сдержанной. Это всякие бароны и графы будто хомяки тащили к себе в кабинеты всякую вычурную резную хренотень, а эрцгерцогу кичиться деньгами было как-то непринято. Незачем просто…

Однако некоторые предметы роскоши здесь всё же были.

Вот, например, красивая золотая гильотинка для сигар. Евгений Евгеньевич как раз откусил краюшек толстенной табачной дурынды, зажёг длинную каминную спичку и не без удовольствия раскуривался.

В этот момент дверь без стука отворилась. Внутрь вошли два бугая из службы безопасности. Меж собой бугаи вели ещё одного человека, с завязанными руками и мешком на голове. Пленник вёл себя уверенно, не волочился и не скулил.

— Снимите мешок, — скомандовал Жизнетленов.

Пленником оказался довольно симпатичный мужчина тридцати с небольшим лет. Смуглая кожа, светлые голубые глаза, глубокий рваный шрам на правой щеке.

— О-хо-хо! — проморгавшись, сказал пленник. — Евгений Евгеньевич?

— Привет, Войцех.

— Привет-привет. Евгений Евгеньевич, вы же понимаете, что я не убил ваших людей чисто из интереса? Очень хотелось посмотреть, что за недальновидный товарищ додумался меня похищать.

— Не дерзи мне, Войцех.

— Даже не думал. Просто сказал, как есть. Почему было просто не позвонить?

— Дело не совсем обычное. Нужно было обойтись без звонков и переписок.

— Хм-м-м, — мужчина улыбнулся. — Должно быть, дело не только необычное, но и очень денежное.

— Само собой.

Евгений Евгеньевич открыл ящик стола и аккуратно разложил перед собой десять пачек наличности, по сто тысяч рублей в каждой. Войцех присвистнул и ткнул локтём одного из СБшников, мол, ничего себе, да?

Пара слов о молодом человеке со шрамом на щеке:

Войцех Свистопляцкла — возможно, единственный одарённый поляк на территории Российской Империи и, — опять-таки возможно, — лучший наёмный убийца из тех, что видел свет.

Его магия — магия ядов.

Одного касания Войцеха было достаточно для того, чтобы отправить человека в могилу, да так что судмедэксперты разведут руками и констатируют, что жертва обожралась палёным спиртом. Либо передознулась чем-то нехорошим, если жертву плюс ко всем нужно было оклеветать. Либо вообще… никто не поймёт ничего; такая опция среди услуг Войцеха тоже была.

Быстрый переход