Кристина Константиновна не спешила появляться.

За окном уже вечерело. Приятно потрескивал камин. Прямо посередь гостиной лежала огромная белая шкура. Просто круглое меховое полотно, не соврать метров десять квадратных; без торчащих по краям голов и лапок убиенных животин. То ли её сшили из нескольких шкур, а то ли при жизни она принадлежала химере, с которой бы лучше не сталкиваться.

А ещё я заметил небольшой сервировочный столик… или не сервировочный? Хрен знает как правильно это называется, но ростом он был сантиметров от силы тридцать. Такие ставят на колени, когда хотят устроить затрёп в кровати.

На этом столике стояла ваза с фруктами и ведро со льдом. Из ведра, само собой, торчала бутылка шампанского.

Короче говоря, всё понятно без слов. Кто-то рассчитывает на жаркое порево у камина.

— Помещик, — наконец появилась Черкасская.

На баронессу был накинут лёгкий чёрный халатик, который едва-едва прикрывал пису. Подозреваю, что под халатиком было либо ничего, либо опять эта её БДСМ-сбруя.

— Ой, — тут Кристина Константиновна заметила Душнилова. — А это…

— Мой бухгалтер, — ответил я. — Мы же о делах будем разговаривать, верно?

— Верно, — ответила Черкасская. — И о делах тоже. Но потом. Отошли мальчика.

Душнилов сразу же засобирался, но я его остановил.

— Это моё доверенное лицо.

— Помещик, — надавила Кристина. — Отошли.

Ну ладно, чёрт с тобой. Кивнул Душнилову. Тот взял свой портфельчик, прикрыл им эрекцию и молча удалился.

— Итак, Кристина Константиновна, вы позвали меня договариваться о сотрудничестве.

— Всё правильно.

Баронесса прошла по гостиной и уселась по центру шкуры. Не на корта упала, конечно же, а изогнулась в соблазнительной позе — ручки назад, грудь вперёд, ножка одна другую потирает. А ножки блестят так, как умеют блестеть только ножки… ну… и… лысины ещё. Но у блеска лысин всё равно не тот шарм; не-не-не, вообще не тот.

Халатик задрался и теперь прикрывал ещё меньше площади баронессы.

Как же всё-таки здорово, что я свыкся со своим десятикратным либидо и научился его усмирять; иначе, чую, случилось бы помутнение. Развратная атмосфера, развратная женщина в развратной позе с развратными мыслями и предложениями. Упала бы у меня шторка, сорвался бы, кинулся. Отбил бы баронессе копчик.

Но!

Нихуя.

Я от этой семейки уже порядочно натерпелся. Из принципа не буду. Да и потом, совсем неясно чем мне это может аукнуться.

Кристина Константиновна ещё чуть поизгибалась, а потом встала… ох… встала раком и прям так, — на четырёх костях, — медленно поползла к ведёрку с шампанским.

— Поможешь открыть?

— Кристина Константиновна, — голос мой был твёрд, а взгляд серьёзен. — Давайте для начала о делах.

— Помещик, какой же ты всё-таки, — баронесса вздохнула, поднялась и села в кресло напротив меня. — Давай о делах. Но шампанское всё равно открой.

— Да без проблем.

Итак. В чём же было предложение Черкасской, кто она такая в отрыве от бывшего мужа и кто вообще такие эти Черкасские? Для начала стоит ответить на последний вопрос.

Внимание. Барабанная дробь!

Князья!

Калужской области, между прочим. Помню, в прошлой жизни жрал там как-то самогон на ферме карликовых коз. Забавные зверушки, кстати, но как по мне совершенно бесполезные, не чета моим кракозлам; жду уже не дождусь, когда они расплодятся и я наконец-то наверну парочку.