Я напряг звездовидку и создал иллюзорную руку чуть поверх руки настоящей. Со стороны смотрелось так, будто бы у меня в глазах двоится. Я попытался подвигать иллюзорной рукой. Двигается. Отлично. Ну что, гопарь, поди угадай теперь, какой из моих кулаков есть безобидный мираж, а какой может больно прилететь по ебасосине?

Я встал из-за стола и подошёл к пацанчикам сзади. Один из них обернулся и пренебрежительно глянул на меня так, будто бы я надоедливая муха.

— А тебе чего? — спросил он.

Вместо ответа я со всей силы наступил ему на колено. Нога долбоёба хрустнула и прогнулась назад, как у кузнечика, он заорал и схватился за барную стойку.

Минус один. Сразу же.

Очкастый понял, что к чему, и тут же вырубил ещё одного — особых усилий ему это не составило. Добренький хук с правой в челюсть и всё, пока. Минус два. Хорошо идём. И даже фортель с иллюзорной рукой не понадобился.

Спустя несколько секунд драки в строю остался последний, самый главный и самый разговорчивый гопник. Тот самый, ага. Наследник этого сраного кабака.

— Ребята! Вы чего⁉

Гопник выставил перед собой ладошки, мол, тихо-тихо. Тут я приметил, что у ублюдка на правой руке всего четыре пальца. Интересно, где умудрился потерять?

— Ребята, тихо! Я был не прав! Перегнул!

— Помнится, ты не хотел ломать мебель, да? — спросил я, схватил первый попавшийся стул и отломал у него ножку. — А ты знал, что у вот этой вот ножки есть право первой брачной ночи с твоей жопой?

— Ребята, давайте договоримся!

— И как мы теперь договоримся-то⁉ — заорал я. — Как⁉ Ты что, можешь вернуть мне Лисичку и Хомячка⁉

— Э-э-э… Чего?

— Снимай штаны, ублюдок, вот чего, — громко, четко и ясно потребовал я. — Снимай штаны…

Глава 7

Про Высокое Предназначение и просроченный паштет

Я, мой новый очкастый знакомый и его жена выскочили из «Охотничьего Трофея». На улице уже ожидало такси.

Молодожёны были одеты во всё те же халаты с эмблемой гостиницы, а я в запачканный кровью белый костюм. Я прыгнул на пассажирское сиденье, а ребята на задние. У девушки при себе была увесистая сумка, а у парня чехол с ноутбуком.

— Гони-гони! — крикнул я таксисту, и машина дёрнулась с места.

Я поджал одну ногу под себя, развернулся полубоком и молча посмотрел на ребят. Лицо очкастого тронула лёгкая улыбка. Он ошарашенно покачал головой, мол, ну и пиздец мы устроили, а потом перевёл взгляд на жену. Та тоже не смогла сдержать улыбку.

В конце концов мы дружно заржали. Я так чуть ли не до тошноты орал.

Нет-нет-нет, конечно же я не стал насиловать табуретной ножкой наследника гостиницы. Что ж я, совсем зверь? Кто ж ему потом будет из тухлой вены занозы выковыривать?

Нет.

До такого не дошло. Всё ж, его проступок несопоставим с таким наказанием.

Однако спустить штаны я его всё-таки заставил. И ещё нос разбил. Полуголый пиздюк стоял на коленях и выпрашивал прощения у очкастого. И вот какое интересное наблюдение — за него не вписался ни один человек из персонала его заведения.