Гадина ли я? Отчасти да. Но ведь и святой отец тоже виноват. Он же искусился? Искусился. Ну и вот, значит.

Ладно. Хрен бы с ней, с морально-этической составляющей, давайте к плану. А план мой был прост, как хлебушек. Я собирался попасть на объект Мутантина под личиной служителя церкви и под этой же личиной прошерстить помещения. Пошастать тут, пошастать там, затем найти родовой сервер, взломать его и убраться, покуда ветер не подхватил камни.

Да, технически я мог бы просто воспользоваться магией. Мог бы создать иллюзию рясы, представиться каким-нибудь странствующим монахом и… погореть прямо сразу же. Так что ничего я не усложнял; мне действительно нужен был церковный автомобиль и мне действительно нужен был святой отец.

Я же совсем не шарю в этой религии. Ляпну чего-нибудь не того и всё, приплыли.

— Одумайся, окаянный, — отец Максосий потешно округлял буковку «О». — Они же всё видят и всё ведают, — он поднял пухлый пальчик к небу. — Не боишься предстать перед Двенадцатью и ответить за свои поступки?

— Да был я уже у них, — ответил я. — Лично с Гжельским разговаривал.

— Пиздишь!

— Святой отец, заводите машину. Поехали уже.

Белый автомобиль покатил по улочкам Торжка. Я кое-как перебрался с пассажирского сиденья в кузов и начал потрошить церковный инвентарь. На мою удачу, здесь был целый мешок с монашескими рясами. Я стащил с себя заляпанные кровью шмотки, в которых ходил на собеседование, и напялил чёрное.

Но не мешком единым полнился кузов святого авто. Помимо него здесь стопкой лежала зимняя резина, складной столик, мангал, грязные шампуры в пакете и… и какая-то интересная штуковина. Выглядела она, как рюкзак охотников за привидениями. Схожести добавлял и шланг с насадкой. Это что, керхер что ли?

— Святой отец, а что это за штука?

— Аппарат высокого давления.

— Машину мыть?

— Побойся богов! — нахмурился отец Максосий. — Это специальный резервуар для святой воды. Мы с его помощию большие объекты освящаем, — он чуть подумал. — Машины, например.

Через пять минут мы выехали за стену Торжка и отец Максосий втопил, как бешеный. Священнослужитель гнал по пустой дороге так, что ёлки за окном смазались в темно-зелёную кашу.

Ну так-то да, его можно понять. От города до Селигера чуть больше сотни километров, и вся эта сотня километров идёт вдоль леса, густо населённого химерами, которым откровенно насрать на церковный сан отца Максосия; им бы покушать, да пожирней.

Однако вопреки канону остросюжетной прозы, добрались мы без происшествий.

Почти через час езды машина въехала в Осташков. Я чуть не всплакнул. Осташков оказался милейшим провинциальным городком на берегу Селигера, таким прям, ламповым и двухэтажным. Центр красивый, чистенький, ухоженный; окраины обшарпанные, но обшарпанные очень мило. Деревянные срубы соседствуют с кирпичной кладкой, повсюду стоят несетевые магазины «ПРОДУКТЫ» и краеведческие музеи. И это мы ещё на набережную не выезжали, уверен, там тоже есть на что посмотреть.

Я попросил… а хотя нет. Чего я прибедняюсь-то? Я приказал отцу Максосию тормознуть у одного из магазинчиков и выбежал купить водички.