|
Люди знали, что делали и если они сделали проход здесь, значит, они не хотели, чтобы всякие тут шатались без дела, занятых людей беспокоили. Э, ты куда, недоумок? Вернись, дурак, эй, Гай, что — "что", сам не видишь, что стена подымается? За ним надо, пропадёт ведь дурья башка… да прыгай же!.. нашёл время в скелете запутываться! За ним бежать надо… вот он… что?.. куда? Куда под землю, уже под землёй, какой лифт, это лифт, с чего ты взял, что это лифт? Ну лифт, ну легче тебе стало? И сам не поеду, и тебя не пущу, выдумал тоже, а вот посмотрим, кто кому навешает, мы сами тебе и навешаем, правда, Гай? Ой-ой-ой, дурак, да больно же, не смей ставить меня в угол вниз головой, переверни немедленно… ну, теперь доволен? Уже чорт знает сколько вниз летим, он же скоростной — соображать надо, а у тебя на плечах не соображалка, а воронка для коктейлей… Какое смотровое окно? А ну, пусти старшего, прилип, понимаешь, мальчишка к смотровому окну, ух ты, ух ты, да это же компьютеры, не дай Бог мы в "Сервис Ю" попали, это конец… знаю я, что говорю, наслышан… тормозим, подъезжаем, ну, берегись. Гай, ты хвалился, что из твоей пукалки можно танковую дивизию разбрызгать или распылить там? Ах, это "мешок" разбрызгать? Всё, приехали…
Лифт мягко затормозил и остановился. Створки дверей бесшумно канули в стороны, люди вышли и оказались в небольшом зале, располагавшем двумя шахтами лифтов рядом и дверью на противоположной стороне. Осторожно отворив дверь, они увидели уходящий вниз колодец винтовой лестницы. — Может, это прямой путь в ад? — предположил Гай, часто, но не дробно постукивая зубами. Эйджин насторожился и, отодвинув всех рукой от входа в колодец, объявил, что пойдёт сам, потому что все они молокососы против старого криминального волка, свой хвост сжевавшего во всяких переделках. Рэй молча занял второе место, а когда обиженный телецидоноситель попытался было заявить о своих правах, то указательным пальцем было сначала обведено выходное отверстие телецида, а затем постукано по шлему бронескафандра напротив лба правдоискателя, после чего вышеуказанный всё понял и смирился со своей ролью арьергарда. Эйджин, сжимая жандармский "Тайфун", стоял в недоумении. Фигура, в полном одиночестве стучавшая кулаками по пульту управления, занимавшему добрую половину зала, была ему, несомненно, знакома. Но вот только кто бы это мог быть? Фигура закашлялась и жутким голосом сказала: — Всё. Конец. Это — смерть. — У-у-у! — продолжала фигура, выдирая из головы волосы и посыпая ими пульт. — Сволочи! — кричала фигура удивительно знакомым голосом и продолжала своё полезное занятие. Тут к Эйджину присоединились Рэй и Гай, с интересом наблюдавшие эту уникальную ручную стрижку головы. Фигура разразилась потоком проклятий и тут-то стало окончательно ясно, что вся троица действительно попала не абы куда, а в самую что ни на есть штаб-квартиру "Сервис Ю", точнее — на местный пульт управления… Фигура повернулась и в ней с изумлением узнали модного писателя Оука, автора бестселлеров "Прыгунец летит в Бездну", "Охраняющие Закон", "Час зелёного дьявола" и так далее. — Ку-ку, — сказал Эйджин и приветливо помахал в воздухе левой рукой. Потому что правая была занята "Тайфуном". — Что здесь делает модный писатель? Программирует компьютеры "Сервис Ю" на написание нового романа? Или выполняет обязанности местного резидента этой почтенной организации? Эйджин был уверен, что живыми им отсюда не выйти, поэтому мог позволить себе лёгкий издевательский тон. — Бежать! Бежать надо! — истерически закричал Оук. — Я никуда не уйду, пока не разгадаю тайну Пустышника. |
