— Что это было? — ошеломлённо спросил Бус Кречет.

— Шоковая психотерапия, — усмехнулся Ихор. — На удивление хорошо прочищает закомпостированные мозги. Судя по примеру первой группы Прорыва из данной Зоны, дней через десять людей уже можно будет перевести в одну из Оранжевых зон.

— А кто эти гномы?

— Остатки, разумеется.

— А почему они — такие?

— Там, внизу, бывшая подземная база. Её следует зачистить. Поэтому, когда мы опускали их вниз, их тела пришлось изменить. До окончания работы им придётся пребывать в неизменной кремнийорганической форме.

Бус Кречет вздохнул, покачал головой, окинул взглядом зелёное море растительности и задумчиво спросил, как бы сам себя:

— Интересно, каково это, — чувствовать себя обладающим подобной властью над миром?

— Это не власть, — мягко поправил Ихор. — Это — Повеление.

— Есть разница?

— Колоссальная. Понятие "ВЛАСТЬ" лучше всех определил Джордж Оруэлл в романе "1984":

"- Как человек утверждает свою власть над другим?

— Заставляя его страдать.

— Совершенно верно. Заставляя его страдать. Послушания недостаточно. Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную? Власть состоит в том, чтобы причинять боль и унижать. В том, чтобы разорвать сознание людей на куски и составить снова в таком виде, в каком вам угодно…"

… а в процессе выполнения воли ВЕЛЯЩЕГО отсутствует параллельный выброс некробиотической энергии.

Вспомни, как ластились к нам те травинки. Прикасаясь к тебе, они подключались к твоему биополю, увеличивали своё сознание. Ты невольно ускорял их развитие… В повелении присутствует взаимная радость, взаимное удовольствие. Повеление есть симбиоз. А власть — всегда есть атрибут исключительно мёртвого существования.

— Болота, — кивнул Бус Кречет и добавил:

— Интересно получается. В нашей, схлопнувшейся Красной Зоне, Прорыв осуществляли исключительно биороботы со вживлёнными чипами. Тот Прорыв, когда играли в Индру, делали те же биороботы, но уже на боевых механизмах. Здесь — люди, и вдобавок — Живущие. Создаётся ощущение, что некто пробует разные средства и каждая Красная Зона специализируется на чём-то своём, а управляется всё это из какого-то единого центра.

— Разумеется, — ответил Ихор. — Оттуда, с обратной стороны Луны…

022

Красная — 7

Химера прыгнула внезапно и сбила Эйджина с ног. Гай не растерялся и первым же выстрелом превратил её в пыль.

— Долго ещё? — проворчал Эйджин, поднимаясь.

— Скоро. По-моему, это где-то рядом. Вы постойте под этим навесом, чтобы не пришибло чем-нибудь сверху, а я разведаю дорогу…

Рэй оглянулся и исчез в зарослях гигантской крапивы.

— Здорово я её? А? Ну, скажи — здорово?

Гая просто трясло от нервного напряжения. Такого ему ещё не приходилось переживать. Нет, он много раз слушал про Дно, но что он оттуда узнал?

О том, что мегаполис Города состоит из тысячеэтажных небоскрёбов, где верхняя, жилая половина состоит из пластона, а нижняя, нежилая, — из железобетона, покрытого антищелочной пластмассой, — об этом говорили в школе.

О том, что все небоскрёбы соединены между собой сотнями тысяч переходов, он знал и сам, потому что постоянно по ним, то бишь, по переходам — передвигался.

О том, что на нижних, нежилых этажах, а также в особо заброшенных переходах, прячутся от сурового возмездия преступные Прыгунцы и всякие бродяги, не желающие жить честно и работать на благо общества, говорили газеты и телевидение.