— Хутлы, суубатары, — тихо переспросила Баррисс, — и даже люди?

Видя утвердительный кивок Булгана, девушка поникла.

Рука Анакина Скайвокера скользнула по портупее.

— Не стоит забывать, что с нами световые мечи! Неужто джедаи не смогут защитить себя и друзей от каких-то мелких травоядных созданий? Ну, каковы они по размерам, а?

Подняв свои руки с длинными пальцами на ширину головы обычного человека, Булган произнес:

— Таков их средний размах крыла.

— И это все? — спросил надавай, напуская на себя недетскую серьезность. — Не вижу причины, чтобы вам с Киакхтой испытывать такой панический страх.

— А какое число этих тварей, — решила спросить Баррисс, — летит сейчас в нашем направлении?

Опустив руки, алвари печально взглянул на девушку.

— Этого никто не знает. Дело в том, что на Ансионе не существует ни одного живого существа, способного хотя бы приблизительно рассказать об этом… Все они мертвы! — указав жестом на чернеющий север, он добавил: — По моим ощущениям, эта стая несколько превышает в размерах свое обычное количество.

— Подумаешь… — пальцы правой руки Анакина продолжали поглаживать рукоятку меча. — А со сколькими из них предстоит столкнуться лицом к лицу?

Развернувшись в седле, Булган вновь взглянул за горизонт.

— Наверное, не очень много… Порядка сотни миллионов. Вам не кажется, что они способны причинить нам массу неприятностей, если сейчас же не отыскать убежища?

Рука Анакина мгновенно спряталась за спиной. Сотня миллионов? Вот это да! Интересно, одна сотня или две? Единственным укрытием, бросающимся в глаза в округе, была тройка одиноко стоящих волгииновых деревьев, расположенных несколько справа. Они были настолько маленькими, что не отбрасывали даже серьезной тени.

— Сюда! — закричал Киакхта и повернул суубатара налево.

Джедаи последовали за ним, а замыкали процессию падаваны.

Баррисс пыталась во что бы то ни стало унять поднимающийся в душе липкий страх. Вместо того чтобы бежать прочь, они отправились прямо в лапы врагу. Или врагам, если можно было так выразиться. Стая киренов и отряд путешественников начали сближаться с огромной скоростью. И несмотря на то что сама Баррисс никогда в жизни не видела этих тварей, она верила, что Киакхта в выборе своего решения руководствовался не только надеждой на чудо.

Но в отношении сотен миллионов они не могли выстоять даже вчетвером, приложив все способности джедаев, пусть каждый из зверьков не превышал по размерам ее ладони.

К тому моменту когда джедаи, наконец, поняли, куда их вел Киакхта, жужжание крыльев стало нестерпимым. Кирены затмили солнце, а запах, которых исходил от их тел, заставлял джедаев зажимать носы. Луминара вставила ноги в передние стремена и накинула плащ на голову таким образом, чтобы для глаз оставалась всего лишь одна маленькая щелка.

— Сюда, сюда! — послышался издалека голос Киакхты.

Женщина с трудом разобрала его голос и чуть ли не подсознательно повернула в сторону.

Посреди огромной темной равнины она заметила необычное скопление древних камней, цвет которых варьировал от светло-желтого до темно-коричневого. Аналогия с надгробными плитами не добавляла оптимизма, но иного выхода, кажется, совсем не было. Треугольные мемориалы имели на своем конце длинную пику, стремящуюся в небо, причем ни одна из них не была строго вертикальна. Некоторые из них оказались давно разграблены и лежали на земле, заросшие травой и разбитые на несколько частей.

Впоследствии оказалось, что курганы принадлежали мелким зверькам джиджитам, которые жили в почве и питались корнями отдельных видов трав.