— Как видите. Хочу вас предупредить.

— Что такое?

— Боюсь, может произойти скандал. И я тому виной. Вы ведь не любите скандалов?

— Так я и знала, — барменша бросила неприязненный взгляд на мою спутницу.

— Да, да, — я кивнул, — не всем понравилось мое поведение. Отсюда есть запасной выход? Нам надо спешить.

— С правой стороны стойки дверь, — она чуть повернула голову, — сейчас открою. Пройдете по коридору, через окно — и по пожарной лестнице. Лучшего предложить не могу.

— Лучшего и не надо, — мне понравилась ее решительность.

Правда, стало немного жалко свой светлый свитер. Но все обошлось. Немного ржавчины на плече и разорванный чулок у спутницы.

Недаром я полчаса крутился вокруг дискотеки, прежде чем туда пойти. Зато теперь я знал прилегающие дворы ничуть не хуже аборигенов.

Когда мы очутились на другом берегу реки, я уже порядком устал, а моя спутница так и вовсе валилась с ног.

— Все, — наконец сказала она, — дальше никуда не пойду!

И уселась прямо на асфальт. Я остановился.

— Давайте коробку, — она протянула руку.

— Пожалуйста.

Она открыла упаковку, которая, как я и ожидал, оказалась пуста. Ведь ампулы уже лежали в кармане рубашки, и я боялся их раздавить, пока лез по пожарной лестнице.

— Падла, — она устремила на меня жесткий, с прищуром взгляд — Падла, так надуть…

— 0 чем это вы? — спросил я наивно.

— Где доза? Ты суешь мне пустую коробку…

Она попыталась встать, но мешала узкая юбка.

— Сидеть! — я слегка хлопнул ее по плечу, и она опешила от окрика.

— Вы чего?

— Где Бессонов? — спросил я резко.

— Я не знаю.

— Знаешь!

— Нет, честно.

Я сунул руку в карман и достал найденный в кладовке носовой платочек.

— Твой? — показал Громовой.

— Нет.

Кажется, правда. По-моему, у нее сроду платков не было.

— Когда ты видела Бессонова в последний раз?

— Три дня назад.

— Где?

— В сквере, за институтом.

— Назначил свидание?

— Да… Он дал мне денег. На прошлой неделе… А теперь…

— Денег? Зачем?

— Сказал, чтобы купила…

— Морфий?

— Да.

— Бессонов, что — поощрял твое увлечение?

— Нет, что вы. Он меня лечил.

— Тогда зачем он давал тебе деньги на морфий?

— Не знаю, — она пожала плечами.

— Что было дальше?

— Я смогла достать всего упаковку. Отдала ему.

— Ему?

— Да. Он что-то там задумал. И знаете, что странно… — она внимательно разглядывала в свете фонарей пустую коробочку, которую я ей дал. — Е-мое, это та самая упаковка.

— Как это — та самая?

— Вот видите — в углу звездочка нарисована? Фломастером? Он как ее увидел — прямо затрясся. Потом ругать начал.

— Кого ругать?

— Я не поняла. Он не матерно, а так — дрянь, сволочь…

— У кого упаковку купила?

— У Вовика. Он на входе сегодня стоял, может, заметили.

— Имел удовольствие. Что было потом?

— Потом? Положил упаковку в карман.