В трубке воцарилась полная тишина, а затем послышались облегченный вздох, кряканье и довольный смешок.

— Черт тебя побери, Кросс. Никогда не знаешь, что ты выкинешь. Ждешь от тебя одного, а ты выдаешь другое.

— Это лучшая черта моего характера, шеф. В ней все мое обаяние.

На это Мак ответил что-то, должно быть, не очень лестное, но Тревис не расслышал. Наконец раздался вздох и посерьезневший усталый голос Мака:

— Знаешь, парень, похоже, что-то неладное происходит с нами. Похититель детей и убийца может уйти от карающей руки закона, а вот от длинной руки налоговой инспекции — никогда.

— Да, пожалуй, — неохотно согласился Тревис, окидывая взглядом веселую кухню Алекс, цветы в горшках и стены в солнечных зайчиках. Он вспомнил свою ферму в Коннектикуте. Жаль, что он так и не удосужился привести ее в порядок. Сделай он это, не пришлось бы возвращаться в почти пустой дом, где из мебели — кровать, карточный столик, три складных стула и слишком большая металлическая вешалка для шляп. После уютного дома Алекс ферма покажется ему конурой.

— Эй, Тревис, ты еще на проводе?

Тревис опомнился и с облегчением вернулся к действительности.

— Да, Мак, я тебя слушаю. Когда начнем?

— Через полчаса у меня встреча с ребятами из налоговой инспекции, а обвинительный акт и орден на арест будут готовы где-то к полудню. Ты можешь встретиться с Леклером завтра?

Завтра. Вот так всегда. Недели томительного ожидания, а затем все в один день.

— Нет проблем, — однако спокойно ответил Тревис. — Леклеру так не терпится получить бриллианты, что он только и ждет, когда они попадут в его грязные лапы.

— Отлично. Дай мне номер твоего телефона и я позвоню тебе утром, как только приеду в город.

Понимая, что выхода нет, Тревис неохотно назвал номер телефона Алекс.

— Только, Мак, прошу никому больше, слышишь, — предупредил он шефа. — Я у друзей… вернее, у друга, и не хочу подвергать его опасности. Ты понял?

Макгрегор никогда не отличался деликатностью.

— У друга? Ха! Что-то серьезное, а?

Тревис не собирался это обсуждать.

— Нет, ничего серьезного. Просто друг, — соврал он. — И не дождется, когда я освобожу его от своего присутствия. Я действительно засиделся, пора и честь знать.

Но Мака, хитрого лиса, так просто не проведешь, и Тревис это понял.

— Ладно тебе, Тревис. Я не один день тебя знаю. Сколько мы уже вместе? Лет десять или все двенадцать? Друг? Да у тебя их просто нет. Наверное, женщина, а? — понимающе сказал Макгрегор, но, получив вместо ответа долгую, угрожающе мрачную паузу, переменил тему.

— Ну что ж… — Он смущенно прочистил горло. — Ты случайно не говорил со Стеллой? — вдруг спросил он.

Тревис был удивлен вопросом.

— Нет. Я думал, ты ее взял с собой.

— Нет. Сам не понимаю, куда она запропастилась. Оставила записку, что у нее семейные неурядицы. Я позвонил ее сестре, но та ничего не знает и давно с ней не общалась. Меня это очень беспокоит, в последнее время Стелла вела себя как-то странно… — В голосе шефа явно звучали нотки сомнения.

— Черт! И ты тоже так думаешь, Мак?

— Пожалуй, но надеюсь, что я ошибаюсь. Меня требуют к другому телефону, дружище. Пока. Я позвоню завтра утром. Будь здоров и не делай того, чего не сделал бы я.

— А это как сказать, — сухо ответил Тревис. — В случае чего, высылай залог почтой.

Обменявшись грубоватыми шутками, они наконец распрощались.