— Все хотят продолжить поиск, — сказал Мустафа.

— У меня есть кое-какие новые сведения, касающиеся ольмеков, — добавил Гольт.

— Шведы делают генетический анализ, — поддержала Вера. — Я с ними говорю каждый день. По их мнению, дело идет о новом биологическом виде. Завершение анализа — вопрос нескольких месяцев.

— Из подземья принят очередной отраженный сигнал, — сообщил Персивел. — От экспедиции «Гелиоса». Сообщение датировано восьмым августа. Я знаю, что прошло уже пять месяцев, но это — последнее, что нам удалось принять, с месячным отрывом от предыдущего. Во-первых, сигнал недостаточно сильный, во-вторых, связь фрагментарная, ясно только, что речь идет о какой-то реке. Но и это немало. Люди живы — во всяком случае, были живы всего несколько месяцев назад. Мы не можем их бросить. Они зависят и от нас.

Персивел и не думал обидеть Томаса, но тот опустил голову. За последние недели глаза у него совсем ввалились. Казалось, он окончательно загнан — теми, кого сам же спустил с цепи.

— А как же ты? — мягко спросила Дженьюэри. — Ты сам начал поиски, еще до того, как мы все познакомились.

— Начал поиски, — пробормотал Томас. — И куда они нас завели?

— Наше расследование имеет огромную важность, — сказал Мустафа. — И вы знали это с самого начала. Пусть мы выяснили мало и не смогли вытащить нашу дичь на землю, мы очень многое узнали о себе. Стараясь идти по следам Сатаны, мы приблизились к разоблачению древних заблуждений. Мы почти поняли, кто мы сами.

— Заблуждения, реальность… — сказал Томас. — Линча у нас отняли джунгли, безумие отняло Pay, Бранча — подземье. Из-за нас тут, на земле, погибла молодая женщина. Я оторвал вас от семей. Каждый день приносит новые опасности.

— Но, Томас, — возразила Вера, — мы согласны рисковать.

— Нет, — отрезал он, — я больше не могу этого допускать.

— Так уходи, — раздался голос де л'Орме.

Позади него было окно; там, снаружи, собирались тучи — надвигалась полуденная гроза. Лицо слепого буквально светилось от бликов огня. Голос был суров.

— Ты можешь передать эстафету, — сказал он Томасу, — но прервать гонку — не можешь.

— Мы подошли слишком близко, Томас, — настаивала Дженьюэри.

— Близко к чему? — спросил Томас. — За спиной человечества больше пяти сотен лет существования наук и знаний. А к чему пришли мы за полтора года поисков? — Он уронил связку зубов в коробку, словно привычные для него четки. — К тому, что Сатана — один из нас. Друзья мои, мы так долго смотрели в темную воду, что она стала зеркалом.

Невдалеке, между двумя мраморными башнями, сверкнула молния. Зал словно раскололся от громового раската. Внизу шоферы и медсестры спешили спрятаться в машины от шквалистого горного ветра.

— Ты не можешь нас остановить, — сказал де л'Орме. — У нас есть и свои способы. Есть свои побуждения. И мы пойдем путем, который ты нам указал, куда бы он нас ни привел.

Томас закрыл коробку и опустил на нее ладони.

— Что ж, идите, — произнес он. — Мне больно это говорить, но с сегодняшнего дня вы идете без благословения и позволения Его Святейшества. И без меня. Друзья, мне недостает вашей силы и убежденности. Простите мне мои сомнения. Пусть Господь вас благословит.

Томас поднял коробку.