– Да! – тявкнула Колючка. – Раз он считает, что должен предать маленького Длиннолапого Собаке-Земле, значит, так и нужно сделать! И Собака-Земля тоже будет довольна.

Колючка пихнула брата плечом, и трое молодых собак подбежали к Микки и стали помогать ему рыть. Комья земли так и полетели во все стороны, и очень скоро мелкая борозда, которую проскреб Микки, превратилась в углубляющуюся на глазах яму.

Растроганный и потрясенный Счастливчик смотрел на работающих собак. Микки, смущенный до слез, бросился помогать им.

«Конечно, это не самое лучшее применение сил, – думал про себя Счастливчик, – но я все равно горжусь ими! Вот это – настоящее сотрудничество! Так могут поступить только благородные собаки, истинные члены своей стаи. Они не разделяют чувства Микки и вряд ли понимают его, но они уважают его чувства и готовы прийти на помощь!»

А как же он, Счастливчик? Разве он не благородный пес и не член стаи? Отбросив все свои сомнения, Счастливчик встряхнулся и бросился к своим товарищам.

Пять собак – это совсем не то, что одна Работа закипела, и очень скоро яма была углублена и расширена ровно на столько, чтобы вместить в себя щуплое тело маленького Длиннолапого.

Жук выбросил наверх последнюю горсть земли и выскочил из ямы.

– Ну вот, – удовлетворенно вздохнула Колючка. – Теперь пусть Микки похоронит своего Длиннолапого, и можно возвращаться в лагерь.

– Это не мой Длиннолапый, – сказал Микки, не поднимая глаз. – Он просто очень на него похож. Поэтому я…

Лизушка ласково лизнула его в нос:

– Мы понимаем, Микки.

И снова сердце Счастливчика жарко затрепетало от нежности к молодой Свирепой собаке, но на этот раз он был рад, что Альфа не слышал ее слов. Кто-кто, а полуволк никогда бы не понял чувства Микки и не позволил бы оказать ему помощь.

Микки осторожно обежал вокруг Длиннолапого, потом бережно взял его зубами за шкуру на плече. Следуя его примеру, Жук взялся за другое плечо, и они вдвоем аккуратно оттащили мертвого к яме и столкнули вниз. Пыхтя от усталости, они отошли в сторону, а Лизушка, Колючка и Счастливчик дружно заработали задними лапами и сбрасывали землю в яму до тех пор, пока маленькое тело полностью не скрылось из глаз.

Теперь о том, что когда-то здесь был Длиннолапый напоминал только маленький холмик свежей земли среди заросшего травой пустыря, некогда бывшего садом.

Несколько долгих мучительно-неловких мгновений собаки молча стояли над холмиком, глядя в землю. Запах смерти быстро растворялся в густом аромате свежей влажной земли.

Колючка склонила голову набок и раздула ноздри:

– Собака-Земля забрала его. Чувствуете запах?

– Да, – согласился Жук. – Значит, она довольна нами. Длиннолапому будет там хорошо, Микки.

– Теперь Собака-Земля снова вернет его в мир, – тихо добавил Счастливчик.

У него вдруг перехватило дыхание от той спокойной мудрости, с которой молодые собаки говорили о смерти. Микки, часто моргая, присел и коснулся носом влажной земли.

– Позаботься о маленьком Длиннолапом, Собака-Земля, – проскулил он и, задрав голову, испустил в небо одинокий пронзительный вой.

Молодые собаки почтительно ждали, когда Микки закончит оплакивание и отойдет от могилы. Счастливчик бросил последний взгляд на земляной холмик и следом за всеми заторопился к забору.

Он понимал, что Жук, Лизушка и Колючка пришли на помощь Микки именно тогда, когда тот в ней нуждался. Но правильно ли это? Пожалуй, они сделали хорошее дело для мертвого Длиннолапого, но хорошо ли это для стаи? Счастливчик тяжело вздохнул.

«Иногда мне кажется, что в новой жизни нет никаких привычных ответов, одни вопросы!»

Он не смог сдержать вздоха облегчения, когда увидел, что его крысы так и лежат нетронутые возле озера.