– Хочешь поразвлечься, парень? – услышал он голос Алисии и тут же пришёл в себя.

Нет, это была не она. В его губы впился чужой женский рот, он пах помадой и пивом. Чьи-то ноги сжимали его, чьи-то руки залезали в карманы.

– За двадцатку я тебе станцую, за стольник можем отойти. – Голос разразился вульгарным смехом.

Элиот открыл глаза.

На нём сидела какая-то проститутка в блузке, расстёгнутой до пупка, и короткой кожаной юбке.

– Ну как? Пошли? – не отлипала она от него, пересчитывая найденные в кармане деньги. – Сколько: час, два или три?

– Нет. – Элиот попытался отдышаться.

Она двигалась на нём под ритм, проводя по щеке языком.

– Нет, – отстранил он её, забрав из цепких пальцев с острыми, как у гарпии, ногтями смятые деньги и кошелёк, – мне ничего не нужно.

Девка вырвала одну купюру и засунула себе в лиф.

– За приватный танец, – подмигнула она и вскоре исчезла.

Элиот положил кошелёк во внутренний карман пиджака, попытался прийти в себя и только через какое-то время понял, что звуки за соседним диваном притихли. Неужели они ушли? Он приподнялся и спрятался в ту же секунду. Нет, они всё ещё были там. Алисия так же сидела на коленях у парня, но уже он её целовал. Они пили какую-то муть и курили. Она громко смеялась, а этот наглый тип, положив руку ей на грудь, опустошал свой стакан.

– Вот же сукин сын, – процедил Элиот сквозь зубы. – Сколько тебе лет, гадёныш? Ты задурил бедняжке голову, ты соблазнил её, чёртов урод.

Элиот хотел ещё что-то сказать, когда увидел в толпе Джиджи, тот стоял неподвижно и тоже смотрел на них.

«Ты-то куда?» – подумал Элиот и в душе рассмеялся.

– Я сейчас, – сказала Алисия и поднялась с колен парня.

Элиот проводил её взглядом, пока не потерял в толпе. Потом посмотрел на Джиджи, точнее, на место, где тот стоял, но уже его не увидел.

– А он куда делся? – оглядывался Элиот по сторонам. – Эй, – перегнулся он через спинку дивана и тронул Колина за плечо.

– Чего надо? – обернулся тот.

– Пойдём-ка выйдем, поговорим.

Колин был задиристый парень, и Элиот это знал.

– Ну пойдём! – крикнул тот и, встав с дивана, направился к чёрному ходу, раздвигая собою толпу.

Задний двор клуба был до ужаса тихим. Эта коробка из кирпича и металла поглощала все звуки, оставив им лишь тишину, только издали доносилось ворчание проезжавших машин.

Элиот старался не всматриваться в этого парня. Его пугало его лицо.

Они стояли друг против друга, будто решая, кто первый заговорит.

– Ты кто такой? – пошёл на него Колин.

Элиот удивился, но понял, что тот только дерзит. Так дерзят из-за страха, так дерзят перед тем, кто сильней.

– Не лезь к Алисии, понял! – оттолкнул его Элиот. – Она слишком юна для тебя.

Парень расхохотался:

– А ты не слишком стар для неё? – Он не сдерживал смеха, и этот хохот гулким эхом разносился повсюду, смущая и унижая Элиота.

– Меня послал её отец. Он ищет её по городу и просил меня за ней проследить.

– А мы не делаем ничего такого, – сказал, чуть успокоившись, Колин.

– Я видел вас в лесу.

Тот отстранился.

– Ты соблазнил её, так ведь?

– Она сама захотела.

– Послушай, Колин.