– Риск – это плата за возможность, дорогая госпожа. Его избежать нельзя.

 Алиисза оценивающе смотрела на него затуманенным взглядом.

 – Хорошо, – решила она, – но предупреждаю, Каанир Вок меня прикончит, если его армия зря притащится на дикие окраины Подземья и пропустит все веселье.

 – Я вас не разочарую, – пообещал Нимор. Он позволил себе большой глоток вина и отодвинул свое кресло от стола. – Похоже, на этом мы покончим с нашими делами, госпожа Алиисза. Благодарю вас за прекрасный ужин и приятную компанию.

 – Покидаете меня так скоро? – спросила Алиисза, надув губки.

 Она придвинулась поближе, в глазах ее вспыхнуло алое пламя, и Нимор поймал себя на том, что скользит взглядом но соблазнительным изгибам ее фигуры. Она наклонилась, положив руки на подлокотники его кресла, и обняла его крыльями. Со скользящей грацией она опустилась еще ниже и принялась покусывать его ухо, прижимаясь к нему мягким горячим телом.

 – Если мы уже закончили с делами, Нимор Имфраэззл, значит, пришло время для наслаждений, – шепнула она ему на ухо.

 Нимор вдохнул восхитительный аромат ее духов, и руки его стиснули ее бедра и прижали ее еще теснее.

 – Если вы настаиваете, – прошептал он, целуя ее в ямку на шее.

 Алю затрепетала в его руках, когда он потянулся расшнуровать ее корсет.

 Топорно сработанные гребные колеса по бортам суденышка Угольщика громыхали в темноте, сбивая темную воду в яростную белоснежную, улетающую прочь пену. Здоровенные скелеты в похожей на колодец шахте посреди кораблика наклонялись и распрямлялись, наклонялись и распрямлялись, сжимая костлявыми руками рукояти коленчатого вала, вращающего колеса. Они продолжали свой бездумный труд беспрестанно, без устали, побуждаемые к нему магией некроманта, оживившей их годы, а может, десятилетия назад. Халисстра не была знатоком водных путешествий, но ей казалось, что лодка Угольщика движется с такой скоростью, что тягаться с нею непросто.

 Она рискнула бросить взгляд через плечо, чтобы узнать, не заметили ли ее спутники каких-либо признаков погони. Рилд, Джеггред и Фарон стояли на корме, глядя на кильватерный след. Квентл сидела на большом сундуке под мостиком, похожим на эшафот, и тоже смотрела назад, в сторону Граклстаха. Вейлас стоял на помосте рядом с Угольщиком, следя, чтобы капитан-дергар вел неуклюжую посудину нужным курсом.

 Халисстра и Данифай заняли места впередсмотрящих, вглядываясь во тьму, чтобы не угодить на полном ходу в очередную беду. Халисстра не стала возражать против этого. Мужчин лучше было разместить между ними и наиболее вероятным источником угрозы, а Фарон был, пожалуй, их самым сильным оружием против любой погони из Граклстаха.

 Самого города уже не было видно, если не считать долгой и низкой красной дымки. Огни кузниц дворфов виднелись с пустынной глади черных вод Темного озера за мили, и это ощущение бескрайности напомнило Халисстре безграничные просторы Верхнего Мира. Они уже несколько часов стремительно удалялись от побережья Граклстаха на юго-восток, и не было никаких признаков погони, но Халисстра не могла отделаться от ощущения, что дергары еще не оставили их в покое. Она нехотя устремила взгляд в бесконечную тьму впереди лодки и проверила, готов ли к выстрелу арбалет.

 Халисстра внимательно следила за своей стороной суденышка, то уставясь в воду у самого борта, то вглядывалась в даль, пока даже ее зрение дроу не отказывалось видеть что-либо, кроме темноты, потом вновь переводила взгляд на лодку, и все начиналось снова. Произвольно разбросанные тут и там огромные сталактиты или колонны – сказать наверняка было невозможно – спускались со свода пещеры и исчезали в чернильно-черной воде, образуя гигантские каменные столбы, которые лодке приходилось огибать.