Loading...
Изменить размер шрифта - +

– Сказать им, сэр, что ваш рабочий день окон­чен?

– Разве я не велела тебе заткнуться? – Повер­нувшись к столу, Ева взяла трубку. – Отдел убийств. Даллас.

– Лейтенант…

Ева не сразу узнала голос молодого полисмена Трухарта – таким он был напряженным.

– Трухарт?

– Лейтенант, – повторил он, судорожно глот­нув. – Произошел несчастный случай. В ответ на… Короче, мне пришлось убить его.

– Вы на дежурстве? – Ева вывела на экран его местонахождение.

– Да, сэр. То есть нет… Точно не знаю.

– Возьмите себя в руки, Трухарт!

– Сэр, я только что закончил смену и шел домой пешком. И вдруг какая-то женщина в окне позвала на помощь. Я бросился туда. На четвертом этаже в коридоре лежал мужчина – мертвый или без созна­ния; его голова была в крови. А женщина в квартире продолжала кричать. Я вошел туда и увидел, что на нее нападает другой мужчина, вооруженный битой. Я попытался его остановить, но он бросился на меня, игнорируя все предупреждения. И мне при­шлось применить парализатор. Клянусь, я хотел только оглушить его, но он мертв!

– Слушайте меня, Трухарт. Обеспечьте охрану здания, доложите об инциденте официально и сооб­щите, что я в курсе и еду к вам, как только вызову медпомощь. Вы первым оказались на месте проис­шествия, так что действуйте согласно правилам. Понятно?

– Да, сэр. Наверное, мне следовало сначала до­ложить официально…

– Оставайтесь на месте, Трухарт. Я выезжаю. Пибоди! – скомандовала Ева, направляясь к двери.

– Да, сэр. Я с вами.

 

Двое патрульных, стоящих у входа, при виде Евы обменялись настороженными взглядами. Как-ни­как, она была начальством.

– Коп не должен наезжать на другого копа за то, что он выполнил свою работу, – пробормотал один из них.

Ева резко остановилась. Все в Управлении зна­ли, что эту высокую худощавую женщину с золотис­то-карими глазами, коротко остриженными волоса­ми и узким лицом лучше не сердить. Ее взгляд ста­новился холодным и бесстрастным, как у змеи, а ямочка на твердом подбородке, способном выдер­жать удар кулаком, куда-то исчезала.

Патрульный съежился под ее взглядом.

– Коп не должен удивляться тому, что другой коп тоже выполняет свою работу, – холодно ото­звалась Ева. – Когда я ее выполню, у вас будут про­блемы, полисмен. А пока заткнитесь.

Войдя в тесный вестибюль, Ева нажала кнопку единственного лифта. Она вся кипела, но это не было связано с жарой.

– Почему некоторые патрульные всегда готовы вцепиться в глотку старшему по званию?

– Это всего лишь нервы, Даллас, – ответила Пибоди, когда они вошли в кабину. – Большинство копов из Главного управления знают Трухарта. Они понимают, что ему грозят неприятности.

– Что верно, то верно. Самое большее, что мы можем для него сделать, это проследить, чтобы здесь все было в порядке. Он уже достаточно напор­тачил. Нужно было официально отрапортовать о происшедшем, а потом уже связываться со мной.

– Неужели ему за это достанется? Ведь вы сами перевели его из «трупоискателей» в Главное управ­ление прошлой зимой. В БВД должны понять…

– В БВД всегда было туго с пониманием, поэто­му будем надеяться, что до них это не дойдет.

Выйдя из лифта, Ева окинула взглядом место происшествия и с облегчением отметила, что Трухарту хватило ума не трогать трупы. Двое мужчин лежали в коридоре: один лицом вниз, в луже засы­хающей крови, другой – удивленно глядя в пото­лок.

Быстрый переход