Loading...
Изменить размер шрифта - +
Двое мужчин лежали в коридоре: один лицом вниз, в луже засы­хающей крови, другой – удивленно глядя в пото­лок. Из открытой двери рядом с трупами доноси­лись плач и стоны. Дверь напротив также была от­крыта. Ева обратила внимание на несколько свежих вмятин в стенах коридора, обломки дерева, брызги крови. На полу валялась сломанная бита, покрытая кровью.

Бледный, как призрак, Трухарт стоял в дверном проеме. Его глаза казались остекленевшими.

– Лейтенант…

– Держите себя в руках, Трухарт. Включай за­пись, Пибоди.

Ева присела возле трупов. Мужчина с окровав­ленной головой был крупным и массивным – такой способен проломить стену, если его разозлить как следует. Его затылок походил на яйцо, разбитое кирпичом. На втором трупе были только выцветшие спортивные шорты. На тощем костлявом теле не было ни ран, ни синяков, но алые полоски возле ушей и ноздрей свидетельствовали, что оттуда сочи­лась кровь.

– Полицейский Трухарт, вам удалось опознать жертвы?

– Да, сэр. Первая жертва – Ралф Вустер, про­живавший в квартире 42. А человек, которого я…

Ева вскинула голову, посмотрела ему в глаза, и он оборвал фразу.

– А вторая жертва?

Трухарт облизнул губы.

– Луи К. Когберн из квартиры 43.

– А кто плачет в квартире 42?

– Сузанн Коэн, сожительница Ралфа Вустера. Это она звала на помощь из окна. Когда я появился на месте происшествия, Луи Когберн нападал на нее с дубинкой или битой. И я… – Он снова обо­рвал фразу, так как Ева предостерегающе подняла палец. – Предварительное обследование показало следующее: первая жертва – мужчина смешанной расы, лет тридцати пяти, вес около двухсот тридца­ти фунтов, рост примерно шесть футов один дюйм, получил тяжелые травмы головы, лица и тела. Следы крови и фрагменты мозга на бите указывают, что она послужила орудием убийства. Вторая жертва – также мужчина лет тридцати пяти, белый, вес около ста тридцати фунтов, рост около пяти футов восьми дюймов, идентифицирован как нападавший. При­чина его смерти пока не установлена. Имеются сле­ды кровотечения из ушей и носа. Видимые раны и травмы отсутствуют.

Ева выпрямилась.

– Пибоди, проследи, чтобы к трупам не прика­сались. Обследование я проведу после разговора с Коэн. Полицейский Трухарт, вы использовали ваше оружие во время этого инцидента?

– Да, сэр. Я…

– Прошу вас временно передать оружие моей помощнице.

Двое патрульных в конце коридора недовольно заворчали, но Ева игнорировала их, не сводя глаз с Трухарта.

– Вы не обязаны отдавать оружие в отсутствие вашего адвоката. Но я прошу вас передать его Пибо­ди, чтобы впоследствии избежать лишних вопросов.

– Да, сэр.

Когда Трухарт потянулся за оружием, Ева поло­жила ему руку на плечо.

– С каких пор вы стали левшой, Трухарт?

– У меня побаливает правая рука.

– Вы пострадали во время этого инцидента?

– Он ударил меня пару раз, прежде чем…

– Человек, вооруженный битой, напал на вас при исполнении вами служебных обязанностей? – Ей хотелось встряхнуть его. – Почему же вы сразу об этом не сказали?

– Все произошло очень быстро, лейтенант. Он бросился на меня и…

– Снимите вашу рубашку.

– Сэр?

– Снимите рубашку, Трухарт! Пибоди, делай видеозапись.

Трухарт покраснел. «Господи, откуда такая стыд­ливость?» – думала Ева, когда он расстегивал ру­башку. Она услышала, как Пибоди ахнула, но не могла определить, была ли тому причиной велико­лепная грудь Трухарта или огромный кровоподтек, тянущийся от правого плеча к локтю.

Быстрый переход