* * *

– Точно в цель, папа!

– В миле от яблочка, Дэвид.

– Есть!

– Нету! – Крис понарошку набросился на сына, но это был лишь предлог, чтобы схватить его в охапку и крепко прижать к себе.

– У‑у‑у, медведь, – задыхаясь, еле выдавил Дэвид. – Так нечестно!

Господи, как же он любит сына; и жену тоже. За что им все это?.. Крис прикрыл глаза. Ему захотелось, чтобы все стало по‑прежнему. Веселая возня на берегу, пикники, сияние солнца, работа в морском форте...

Утром они с Дэвидом зашли в одну из пустых комнат форта поиграть в «дротики». Крис пытался сохранить хотя бы видимость нормальной жизни. Но это ему не очень‑то удавалось после того, что произошло за последние сорок восемь часов. Смерть Уэйнрайта, жуткая процессия утопленников на берегу прошлой ночью, миссис Лэмб в петле. Не лучше ли им всем последовать ее примеру?

– Па‑ап! Я так задохнусь.

Крис отпустил сына.

– Можно взять конфетку?

Крис не мог смотреть в эти синие глаза.

– Тебе придется подождать, когда я выберусь в магазин.

– А когда выберешься?

– Ну что, мы будем играть?

К величайшему облегчению Криса, подключилась Рут. Она притворялась счастливой и беззаботной, и у нее это выходило намного лучше, чем у него.

Они играли в «дротики». На какое‑то время Дэвид благодаря стараниям родителей позабыл о том, что их жизнь стала совсем другой.

Но тут раздался звук, разрушивший иллюзию.

– Тише... – Крис поднял руку. – Что это?

Они прислушались. По морскому форту прокатился удар, как будто столкнулись два тяжелых предмета. Снаружи послышались торопливые шаги и голоса.

– Пошли. – Крис взял Дэвида на руки.

– Что случилось, папа?

– Ничего страшного, мой хороший, – ответила Рут. – Похоже, стучат в ворота.

Так оно и было.

Крис оставил Дэвида на нижней ступеньке лестницы, ведущей на галерею. Там уже находились Марк и Тони с полудюжиной деревенских. Они перегнулись через стену, стараясь увидеть, что происходит внизу.

Крис взбежал наверх и задохнулся, но не от усталости, а от волнения. С опаской выглянул наружу. С каждым разом положение становилось все хуже и хуже.

У ворот стоял один из сафдаров. Форма и даже цвет его тела изменились. Исчезли изможденность и темно‑вишневый оттенок. Теперь кожа, словно обожженная солнцем, стала ярко‑красной, но под ней просвечивало что‑то темное, как будто кровь этих тварей была черной, как уголь. Под кожей появились мощные мускулы, от чего руки, ноги и торс раздулись, а поверх тугих узлов мышц выступили толстые вены.

В левой руке сафдар держал круглый камень размером с дыню и колотил им в дубовые ворота. Во все стороны разлетались белые осколки. Иногда камень попадал по железным полосам, скреплявшим доски, высекая ярко‑голубую искру.

Хотя от мощных ударов дрожал даже каменный пол, трудно было представить, что таким способом можно пробить ворота. Они были рассчитаны на то, чтобы выдерживать попадание ядер. Крис перевесился, насколько мог, за зубцы стены, однако увидеть сами ворота ему не удалось.

Злобная тварь сосредоточила все свое внимание на воротах. Не слишком усердствуя, колотила медленно, ритмично.

Крис поймал себя на том, что невольно отсчитывает ритм ударов.

Бум – раз – два – бум – раз – два – бум...

Мускулистая рука медленно поднималась и бухала по воротам примерно на уровне глаз монстра. Словно внизу работала какая‑то чертова машина. Сафдар не уставал, ему это не надоедало, ему не нужно было отлучаться по малой нужде. Ему не нужно было ничего.

Возможно, он не столько стремился сломать ворота, сколько хотел привести в замешательство людей внутри морского форта.