В этом она теперь достаточно напрактиковалась. Прощаться каждый раз было больно, но чем больше она уходила, тем больше она была уверена, что вернется назад. Сила дала ей уверенность в Кэде и его судьбе — в том, что он повлияет на многие судьбы — и теперь она уверяла ее, что она вернется домой, и что сейчас идут последние дни войны.

Дарман уже был там и играл с Кэдом. Он сидел с ребенком на полу, и Кэд исследовал как работает его шлем. Каждый раз, когда вспыхивал тактический фонарь, или мелькали значки на ВИДе, Кэд вскрикивал и смеялся от счастья. Дарман с сыном выглядел совершенно естественно.

— Надеюсь, ты отключил исходящий канал. — сказала Этейн, усаживаясь рядом с ними. Иначе он только что послал пять батальонов атаковать Кореллию.

Дарман рассмеялся.

— Вот так и вы шаловливыми ручками отправили нас на Фостин–девять.

— Значит там появилась работа… — проговорила она. Кэд выдернул из шлема соединительный кабель и с улыбкой протянул ей. — О, спасибо, дорогой. Но кажется это понадобится папе чтобы поговорить с начальством. Мы собираемся отбивать его обратно?

— Вряд ли. — ответил Дарман. — Это разведзадание.

— Коммандос проводят разведку. Ваша работа описывается именно так. И я добавлю, что отец моего сына должен благополучно вернуться домой, а во Внешнем Кольце еще найдется пяток женщин, которым Корр не назначал свидания. Не хочу, чтобы он вылетел из галактического первенства.

Кэд нашел в кармашке на поясе Дармана маркер, того же типа, которым тот ставил пометки на лбу бесчувственного Атина, оказывая ему первую помощь на поле боя.

«Да, Квиилура. Это было ужасно. Я бы не выжила там если бы не появился Дарман.»

Ребенок что–то начеркал на подбородочной секции шлема, и Дарман одобрил его старания.

— Теперь у меня есть кое–что на память о тебе, пока я буду вдалеке, Кэд'ика. — Он понизил голос и смущенно посмотрел на Этейн. — Может быть, однажды мы заведем еще одного ребенка?

Это было тем, что она хотела услышать. Это давало ощущение надежности. Они были семьей, и в этом не было сомнения. И все идет своим чередом.

— Я буду рада этому. Хотя обезболивающими надо будет запастись.

— Я в самом деле хочу уйти из армии, Эт'ика. Недолго осталось.

— Ты это чувствуешь?

— Кэл'буир считает, что вся логистика работает на скорый большой прыжок, и он хочет нас вытащить. Это всего лишь вопрос времени — когда он скомандует «конт».

Этейн все это знала; она знала планы Скираты и она в них участвовала. Но сейчас развязка уже приобрела собственный вес, стала самостоятельной сущностью, которая не станет терпеть никаких отговорок или задержек с ее стороны.

Прекрасно. Это не та вещь, для которой может быть слишком рано.

Она чувствовала себя виноватой перед всеми, кому она не может помочь — перед людьми вроде Корра, кто ухватился бы за первую же возможность узнать настоящую жизнь — но она должна спасать тех, кого может. Ее привлекала работа на тайном спасательном пути; там она отлично справлялась бы, используя свои Силовые таланты для чего–то действительно важного. И, может быть, она бы убедила Зея ввести более человечное отношение к армии…

Хватит торговаться с собой.

Хроно пожрал оставшиеся часы. Кэд был сегодня в отличном настроении и не выпускал из рук одну из его игрушек — маленькое пушистое четвероногое существо, которое, вроде бы, изображало нерфа. Этейн уже была готова уйти, и страшилась того момента, когда вернется Лазима, потому что это значило бы что ее время вышло.