Та была приторно–сладкой и перенасыщенной калориями; едой нездоровой, но полной энергии. Блаженством. Он чувствовал, как его мышцы наполняются новыми силами.

— Больше никогда не буду стрелять по леткамерам ГНР на задании. — осипшим голосом проговорил он. — Это с их стороны очень любезно.

Шлем Корра вынырнул из ниоткуда и Корр сцапал пончик.

— Ну, если учесть, что это нам тут пытаются отстрелить шебсе, чтобы они могли продолжать вещание — то поделиться своим скрааном, это самое меньшее, что они могут сделать.

Найнер свернулся калачиком на куске пермакрита, выгадывая минутку сна. Если ты достаточно вымотался — спать можно где угодно.

Ков, сержант «Йайакса», перераспределил боеприпасы — плазменные заряды и гранаты между восемью коммандо.

— Так, а они где берут еду?

Корр перекатился на спину и показал на башню. В ней зияла большая дыра, на уровне примерно трех четвертей высоты.

— С другой её стороны.

— Они пролезли по фермам, чтобы передавать припасы из офисной кантины. — сказал Атин. — Не могу не восхититься людьми, которые заботятся о своих желудках также, как мы. Надо сказать, оказавшись в осаде они отлично соображают. Готов поклясться — они этим наслаждаются.

— Ну, если это им так нравится — они могли бы взять винтовку, спуститься сюда и наслаждаться вместе с нами. — Корр сделал большой глоток из пакета красного–чего–то–там. — Впрочем, нам пока еще надо, чтобы они разговаривали с гражданскими, так что…

— Они ещё не приготовили свой мобильный передатчик к переезду? — Авен к еде не притронулся. — Чем быстрее мы вытащим его из здания и переедем в местечко поспокойней — тем лучше. — Он явно уже думал в терминах отважного сопротивления и организации партизанской сети, на случай если произойдет худшее. Дарман хотел бы знать, многие ли корусканти будут сражаться ради избавления от сепаратистской оккупации. — Ков, возьми одного из своих. Вытащите его вместе с сервисными дроидами, если у них застрял турболифт.

Ков убежал. Все в «Йайаксе» носили серо–коричневую, в камуфляжных пятнах, броню, и они неплохо растворялись на фоне обломков пермакрита и транспаристила.

Авен внезапно вскинул голову.

— Сюда идут жестянки. — сказал он. — Так, ребята, время раскидывать обломки.

Теперь, подзаправившись сладким, Дарман чувствовал себя прекрасно. «Омега» и двое парней из «Йайакса», Дев и Джинд, заняли позиции.

Жестянки были предсказуемы; они тупо и незатейливо перли волнами, так что все упиралось только в вопрос того, у кого раньше закончится личный состав. Хотя в одном можно было не сомневаться — может быть их и было немало, целые полчища, но их явно были не квадриллионы. Скирата был прав: будь у Сепов такие количества дроидов в действительности — они бы уже наводнили ими Корускант и война была бы выиграна. Но у них не было столько дроидов, и исход был еще неясен.

Хотя хватит и одной жестянки, чтобы тебя угробить. И Дарман пока что не собирался радоваться.

Он забрался на импровизированную пермакритовую баррикаду и прицелился. Скоростной привет от бронебойной гранаты свалит передний ряд, а если прицелиться правильно, то и следующий за ним, а затем их собственные обломки замедлят их достаточно, чтобы их можно было поливать изо всего, что у них есть.

Ровные, стройные ряды шагали к ним по проходу, который дроиды–саперы расчистили от обломков кораблей и зданий. Сепы явно хотели захватить сердце республиканского вещания в целости; они уже давно могли бы стереть их в порошок.