— Звучит грязно. — хмыкнул Фай. — Его сильно измажут?

Это было грязно — в переносном смысле. Скирата не хотел быть на виду, и не желал быть втянутым в политику Мандалора, пока он пытается наладить сеть для побега клонов–дезертиров. Но ему надо было определиться.

Пожалуй, ему пора повидать Фенна Шису. Если есть кто–то, кто способен увести кланы от мышления сегодняшним днем и катастрофы в будущем — так это он.

И это не очень–то радовало.

Скирата, сидел с Кэдом на коленях, и помогал ему справиться с тарелочкой вареных яиц. Кэд был в том возрасте, когда маленькие клоны уже играли друг с другом в игры. Разработанные исключительно для того, чтобы развить их координацию, наблюдательность и сообразительность. Скирата пытался теперь забыть об этом.

— Чем больше протеина, тем больше и сильнее ты будешь, Кэд'ика. — говорил он. — Как твой папа. Однажды он вернется домой, и тогда он будет за тебя гордиться, правда? И тогда все мэндо'аде смогут оставаться дома, не связываться с империями и не сражаться в войнах аруэтиизе вместо них. Так что им придется посылать на смерть других дураков, верно?

Кэд смотрел в лицо деда темными, серьезными глазами. Он не улыбался всем вокруг, как обычно. Джусик говорил, что он чувствует, что его мать ушла и, возможно, он имеет представление о смерти, которого нет у обычных детей его возраста. Скирате хотелось бы верить что предчувствие в Силе Этейн, о том, что Кэд изменит множество жизней, было действительно верным, и что он может вырасти в того, кто вновь поставит Мандалор на ноги.

— Ты ему с детства о политике. — хмыкнул Ордо. — Ну а если он захочет быть кутилой, охотиться за головами, и хлестать не'тра гал, чтобы расслабляться?

— Он сын джедая и элитного коммандо. — ответил Скирата. — Он выберет свой путь, не советуясь со мной о карьере.

— Ну, тогда советоваться буду я. — заявила Руу. — Найдется время?

Скирата уловил намек.

— Конечно найдется, родная.

После завтрака он прошелся с ней вокруг озера, к северу от бастиона и показал ей место, где будет мемориал. Чем–то это напоминало амнезию. Словно бы он просто забыл все прошедшие годы, но при этом точно знал, кто она, и всё что было важно. Она совершенно не казалась чужаком; просто о ней надо было многое узнать.

Ледяной покров начинал затягивать озеро от берегов к центру, словно строящийся волнолом. Мелкие грызуны ве'виине, стайки которых грабили зерновые поля, выскакивали из своих нор и настороженно озирались; они были почти невидимы в своих белых зимних шкурках.

— С чего ты хочешь начать? — спросил Скирата. — С моей части истории? Твоей? Общей?

— Нет. Давай нажмем на кнопку сброса. — Руу выдохнула облачко пара в ледяной воздух. — Как там говорится? Син ветин. Начнем заново.

Жизни требуется кнопка сброса. Это решило бы множество проблем. Впрочем, Скирата подозревал, что он бы все равно наделал кучу тех же ошибок, и потому решил исправлять те, что он уже сделал.

— Расскажи, какой была твой жизнь, ад'ика. — сказал он взяв ее под руку. — Я хотел бы услышать всё.

Глава 26

«Итак, Палпатин заполучил новую армию. Не сомневаюсь, что однажды и очень скоро, он посчитает наше клон–производство угрозой и решит лишить нас такого потенциала. Но он глупец, если считает, что мы передали ему всех обученных клонов Фетта.»

Кафейня Ойю'баат, Келдабе, на следующий день, 1096 дней после Геонозиса.

— Боба? Пропал куда–то. — сказал Шиса. У него была привычка закидывать ноги на ближайший стул, что было дурными манерами даже в такой бантовой заднице, как Ойю'баат. — Он может быть достойным сыном своего отца, может быть бедным мальчишкой, который так испугался, что растерял весь дух.