— Истинная правда, — подтвердил Джо.

— Учитель магии, — задумчиво повторил мистер Шпигельман. — Это что-то новое.

— Каждому нужен учитель, мистер Шпигельман, — сказал Томми. — Все великие так начинали. — А затем Томми сделал то, что удивило его самого. Он протянул руку и ухватил ладонь своего дяди. — Что ж, идемте, я покажу вам дорогу. Надо просто считать углы. Вообще-то здесь не все дома одинаковы. Есть восемь разных моделей.

Они направились к выходу мимо стоек с комиксами. Тут Томми вспомнил, что собирался взять летний выпуск «Приключений Эскаписта» за 1953 год, но побоялся тем самым оскорбить или даже разгневать своего дядю. А потому он просто пошел дальше, держа Джо за руку. Проходя мимо стойки, Томми невольно взглянул на обложку «Приключений Эскаписта #54». Эскапист со связанными за спиной руками и повязкой на глазах стоял у толстого столба лицом к мрачного вида расстрельной команде. Сигнал к залпу вот-вот должен был дать не кто иной, как Том Мейфлауэр, что с дьявольским, обезумевшим лицом стоял, опираясь о костыль и высоко подняв руку. «КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО? — пытался выкрикнуть Эскапист в мучительно-неровном словесном облачке. — МЕНЯ ВОТ-ВОТ СОБСТВЕННОЕ АЛЬТЕР ЭГО КАЗНИТ!!!»

Томми в высшей степени заинтриговала провокационная иллюстрация, пусть даже он прекрасно знал, что в конечном итоге, когда прочтешь комикс, ситуация на обложке окажется сном, недоразумением, преувеличением или даже прямой ложью. Он остановился и свободной рукой принялся нашаривать в кармане штанов десятицентовик.

Дядя Джо сжал другую его ладонь.

— «Приключения Эскаписта», — сказал он тоном легким и насмешливым.

— Я тут как раз посмотрел, — пробормотал Томми.

— Так возьми. — Джо выдернул со стойки четыре последних издания про Эскаписта. — Бери все. Давай. — Он махнул рукой вдоль стены — жест вышел диким, глаза дяди пылали. — Я куплю тебе все, какие ты только захочешь.

Сложно было сказать, почему, но это экстравагантное предложение напугало Томми. Он начал сожалеть о своем буканьерском прыжке в неведомые планы двоюродного дяди.

— Нет, спасибо, — поблагодарил Томми. — Папа мне их бесплатно дает. Все, кроме тех, что от «Эмпайр».

— Да, конечно, — сказал Джо. Затем он кашлянул себе в кулак, и щеки его покраснели. — Хорошо. Тогда только один.

— Десять центов, — сказал мистер Шпигельман, грохоча кассовым аппаратом и по-прежнему внимательно наблюдая за Джо. Получив от Томми десятицентовик, он затем протянул руку.

— Хел Шпигельман, — представился аптекарь. — Мистер…

— Корнблюм, — сказал Джо.

Выйдя на улицу, они встали на тротуаре перед аптекой Шпигельмана. Этот тротуар и магазины, что на него выходили, были самым старым из всего, построенного в Блумтауне. Они находились здесь аж с двадцатых годов, когда мистер Ирвин Блум еще работал на цементном заводе своего отца в Квинсе, а во всей округе не было ничего, кроме картофельных полей и этой крошечной деревушки под названием Мантикок, которую Блумтаун давно подавил и вытеснил. В отличие от слепяще-свежих тротуаров утопии мистера Ирвина Блума, этот был растрескавшийся, сероватый, в леопардовых пятнах от годами выплевываемой туда жвачки, окаймленный мехом лонг-айлендских сорняков. Спереди здесь не было гигантской автостоянки, как на Блумтаун-плаза; государственная трасса номер 24 рокотала мимо. Фасады магазинов были узкими, витрины зачастую забраны фанерой, а карнизы являли собой жуткий беспорядок телефонных проводов и силовых линий, заросших диким виноградом.