Плененная его сексуальными чарами, она опустилась на колени, и ее грудь заколыхалась на уровне его губ.

– Давай проверим, смогу ли я вызвать у тебя еще больший прилив влаги, – прошептал он, – чтобы я мог беспрепятственно войти в тебя, не причинив ни малейшей боли. А теперь не шевелись, – приказал он и, захватив губами один из сосков, легонько зажал его зубами. Удерживая»ее в неподвижности, он посасывал и покусывал ее до тех пор, пока соски не налились кровью и не затвердели, сменив розовый цвет на пурпурный.

– Я могу продолжать в том же духе, пока ты не кончишь, – прошептал он, удерживая ее за талию.

– Не делай этого, если хочешь остаться в живых. Он притворился, что не понимает:

– Хочешь сказать, что изнасилуешь меня до смерти?

– Возможно, – призналась она. Его брови сошлись на переносице.

– Ты бросила мне вызов.

– Паша, пожалуйста, – произнесла она затаив дыхание. – У меня не такие стальные нервы, как у тебя.

– У тебя не было возможности их закалить, – уточнил он. – В то же время я впервые за много лет встретил такую страстную женщину. – Скорее он вообще ни с чем подобным не сталкивался, подумал Паша, вспоминая свои прежние любовные похождения. Однако щедрый от природы любовник, он внял ее мольбам, отпустил ее талию и снова нырнул в ее горячие скользкие недра. Он погрузился еще чуточку глубже, обжигая ее щеку горячим дыханием. – Идеальная киска.

Его слова всплыли в сладострастном тумане накалившейся атмосферы, и она подняла веки. Его глаза оказались удивительно близко, когда она вернулась к реальности. Его взгляд был бесстрастным. Ее потряс шок восторга. Было что то порочное и позорное в том, что она испытывала к нему такую похоть, тем более что для него это не было секретом.

– Тебе нравится эта скачка? – прозвучал его приглушенный голос. – Ты сейчас снова кончишь, верно? – Ни один из вопросов не требовал ответа. К тому же она все равно утратила способность говорить, потому что он еще крепче сжал ее и с таким неистовством, с такой силой сделал рывок вверх, что Трикси показалось, будто ее тело сейчас разорвется.

Обессиленная и трепещущая, она услышала собственны!! крик. Крик оргазма.

Она упала на плечо Паши, ион нежно обнял ее, в то время как их тела колыхались в одном ритме с коляской. Некоторое время спустя она очнулась и прошептала:

– Хватит.

И начала подниматься.

– Ты уверена?

Паша погладил ее по спине и ласково вернул назад.

– М м… теперь хорошо, – промычал он.

И сделал легкое движение вперед, чуть чуть изменив свое положение. Но этого оказалось достаточно, чтобы Трикси ощутила блаженство и поняла, что близка к обмороку.

– Позволь мне кое что тебе показать, – предложил Паша с улыбкой. – А ты скажешь, что думаешь по этому поводу.

Когда он снова пошевелился, пожар внутри ее вспыхнул с новой силой, грозя испепелить дотла. В этот миг ее ничто не интересовало, кроме утоления своей ненасытной низменной похоти.

– Не делай этого, – воспротивилась Трикси и попыталась освободиться, вняв голосу здравого смысла.

– Этого?

Он медленно погружался глубже, скользя вдоль обнаженных трепещущих нервов ее лона, исторгая из нее нечленораздельные звуки, похожие на рыдания. Нестерпимое желание заставило ее забыть обо всем на свете. Она млела в неге и таяла, не в силах противостоять всеобъемлющей, разгорающейся страсти.

Карета дернулась и покатилась медленнее.