* * *

Вечер был на исходе, это радовало Ба. Ему не нравилось, что в доме так много незнакомых людей. Для Миссус это, конечно, лишь очередной прием, но Ба воспринял этот вечер как подлинное откровение.

Дат‑тай‑вао.

Стоя у парадного подъезда, он смотрел, как автомобиль доктора выезжает на улицу – и у него в голове звучало, бесконечно повторяясь, одно и то же:

«Дат‑тай‑вао...»

Доктор Балмер обладает этой целительной силой.

Но как это может быть? Это невозможно!

Однако нельзя отрицать то, что он видел сегодня собственными глазами: струя крови, открытая рана – и вот кровь остановилась, и рана закрылась сразу после прикосновения руки доктора. Когда Ба увидел это, у него внезапно ослабели и подкосились колени.

Давно ли доктор владеет Дат‑тай‑вао? Нет, конечно, недавно. Ба видел, какое удивленное лицо было у Алана в тот момент, когда рана закрылась у него под рукой. Если бы только...

Ба мысленно вернулся назад – к тем временам, когда его любимая жена Нун Тхи умирала от рака, взявшего начало в легких и распространившегося затем на весь ее организм. Он вспомнил, как доктор Балмер постоянно возвращался к ее кровати в эти бесконечные мучительные дни, когда болезнь пожирала ее изнутри. Было много докторов, которые лечили Нун Тхи, но для Ба и его жены доктор Балмер стал единственным Доктором.

Ах, если бы только он обладал тогда силой Дат‑тай‑вао!

Но, разумеется, в то время у него этой силы не было. В то время... Но теперь!

Ба почувствовал жалость к доктору Балмеру – ибо во всех преданиях о Дат‑тай‑вао говорилось, что эта сила – обоюдоострое оружие.

* * *

За обладание ею всегда приходится платить.

«Я способен на это!» – думал Алан по дороге домой.

Теперь уже не было ни малейших сомнений, – он обладает какой‑то целительной силой. Сегодняшний случай подтвердил это. У Каннингхэма был раскроен череп, который ужасно кровоточил, но стоило ему прикоснуться к нему рукой – и рана превратилась в царапину.

«Одиннадцать часов вечера», – Алан мысленно отметил время, когда это произошло.

Случаи с Соней Андерсен и Генриеттой Вестин не были простым совпадением! Он и вправду способен делать это! Но как контролировать данную ему силу? Как использовать ее по желанию?

Сквозь пелену раздумий голос Джинни прорвался в его сознание:

– Джози и Терри не поверят, когда я им расскажу!

– Не поверят чему? – спросил Алан, вдруг осознав, что она говорит.

Видела ли она? Если видела, то с ней можно поговорить, не опасаясь, что она примет его за сумасшедшего. Алан остро нуждался в том, чтобы с кем‑нибудь поделиться, с кем‑то, кто мог ему поверить.

– Этот прием! Эти знаменитости! И эта драка между Каннингхэмом и Свитцером! Все!

– А, это...

Он был разочарован. Судя по всему, Джинни ничего не видела. Алан подумал: «Может быть, Ба был свидетелем того, что произошло? Но скорее всего он просто не поверил своим глазам. Это нормальная реакция любого человека – недоверие. И именно я должен держать все в себе. Если я сам не могу полностью поверить в то, что произошло, то как можно ждать, что в это поверит кто‑нибудь другой?»

– Знаешь, – продолжала трещать Джинни, – я не могу понять эту Сильвию. Такое ощущение, что душа у нее жесткая как подошва, а в то же время эта женщина взяла на воспитание неполноценного ребенка и собственноручно ухаживает за ним. Я просто не понимаю...

– Джеффи не неполноценный. Он аутист.

– Но это ведь одно и тоже, не правда ли?

– Совсем нет. В большинстве случаев дети‑аутисты кажутся умственно отсталыми, но по этому поводу уже не первый год ученые спорят – действительно ли все они отсталые.