|
Его раздражало, что этот мнимый больной отнимает время. К тому же Алан был утомлен. И, по правде сказать, он забыл, что еще следовало предпринять при стандартной процедуре обследования нижней части позвоночника.
В последнее время подобные провалы в памяти частенько случались с ним. Он плохо спал, и мысли у него сбивались в кучу. Эта его новая способность – или как там ее еще назвать – опрокинула в его сознании все существовавшие прежде стереотипы. Это было совершенно невероятно, шло в разрез со всеми его представлениями о человеке, со всем, чему он так долго учился в мединституте и за десять лет своей практики. И эта сила действовала! Уйти от этого факта было невозможно, и поэтому Алан сдался и принял его без внутреннего сопротивления.
– Во сколько обойдется мне лечение? – осведомился Метцгер.
– Если бы я начал лечение, оно обошлось бы вам во столько же, во сколько обходится обычный визит – двадцать пять долларов. Но я не начну его: ваша спина в лучшем состоянии, чем моя.
Глаза Джо Метцгера широко округлились.
– Как вы можете так говорить? У меня...
– Чего вы хотите от меня на самом деле? – поставил вопрос ребром Алан, решив придерживаться жесткой линии. – У меня слишком много более важных дел, чтобы я еще тратил свое время на субъектов, которые клянчат лекарства от мнимых заболеваний. – Он указал пальцем на дверь. – Убирайтесь! – И уже собрался было выпроводить незадачливого посетителя, как вдруг тот вытянул из кармана какое‑то удостоверение.
– Доктор Балмер, подождите! Я репортер.
«О Боже!»
– Я из газеты «Свет».
Алан взглянул на документ. К нему была приклеена фотография Метцгера. Это действительно был Джо Метцгер, и он действительно работал в этом скандальном бульварном листке.
– "Свет"? Вы признаете, что сотрудничаете с этой газетенкой?
– Это не такая уж плохая газета. – Он принялся натягивать рубашку.
– Есть другое мнение...
– Это мнение людей, которым есть что скрывать, а именно – бесчестных политиков или знаменитостей, которые жаждут рекламы, однако не хотят, чтобы публике стало известно, каким образом они приобрели известность. Вы сами‑то читали когда‑нибудь нашу газету, доктор, или судите о ней лишь понаслышке?
Алан покачал головой.
– Мои пациенты постоянно приносят мне эту газету. Я читал статьи об этом якобы чудотворном лекарстве на основе диметилсульфоксида – лэтриле, которое якобы излечивает псориаз при употреблении его с витамином В12, предотвращает рак, если подмешивать его в салат, и позволяет сбросить вес на десять фунтов в неделю, если есть его вместе с шоколадным тортом.
– Похоже, мы поменялись с вами ролями, мистер Балмер, – произнес Метцгер с улыбкой марионетки. – В последнее время ваши пациенты приходят к нам и рассказывают разнообразные истории про вас!
У Алана все опустилось внутри. Он и представить себе не мог, что слухи распространятся так широко за такое короткое время.
– Да еще какие истории! – продолжал Метцгер. – Чудесное исцеление! Мгновенное излечение! Простите за тривиальный вопрос, доктор, но что все это значит?
Алан с трудом сохранял невозмутимое выражение лица.
– Что все это значит? Я не имею понятия. Вероятно, обыкновенные совпадения. А может быть, какое‑нибудь побочное действие простых лекарств.
– Итак, вы отрицаете, что имеете какое‑то отношение к тем случаям чудесного исцеления, о которых говорят ваши пациенты?
– Мне кажется, вы сегодня уже отняли у меня слишком много времени. – Алан демонстративно открыл дверь перед репортером. – Если вы вдруг забыли дорогу, я охотно покажу ее вам. |