-  Тем более, - заметил первый, - что она поступила с тобой по-свински.

    -  Да, ты прав…

    Затем возникла долгая пауза.

    «Интересно, - подумал Эрнан. - Кто она ? С кем она поступил по-свински? А что, если мне выйти и спросить у них напрямик: „О чем вы толкуете, господа?“ Гм… Нет, это будет не слишком разумно с моей стороны - сперва нужно подробнее узнать, что они задумали… К тому же их явно больше, чем двое».

    И в самом деле, по соседству слышалась басконская болтовня. Эрнан определил, что разговаривали трое, судя по лексикону - слуги, несколько раз кряду они упомянули о какой-то «тряпке».

    Наконец двое возле шатра Филиппа возобновили свою беседу:

    -  Ну как, решился?

    -  Я уже сказал: мне придется смириться.

    -  То есть, ты согласен пассивно поддерживать меня? Это меня не устраивает. Теперь мы одной веревкой связаны, так что будь любезен разделить со мной ответственность. И не увиливай - без твоей помощи мне придется туго.

    -  А я не увиливаю. Просто хочу получить гарантии, что мы равноправные союзники. Я не собираюсь таскать для тебя каштаны из огня.

    -  О нет, будь в этом уверен. Конечно, мы союзники. А она стоит у нас на пути, само ее существование - смертельная угроза для нас… по крайней мере, для меня. Либо она, либо я - другой альтернативы нет. Ну, а ты… В конце концов, она отступилась от тебя - так что же ты колеблешься? Вот я бы на твоем месте…

    -  Это точно. Тебе чужды сантименты.

    «Так, так, так, - отозвалась та часть сознания Эрнана, которая занималась анализом услышанного. - Она отступилась от второго. Очень важная информация! А для первого она представляет смертельную угрозу… или для его планов - порой честолюбцы отождествляют поражение со смертью, по себе знаю… Неужели?…»

    Последовавшие за тем слова первого подтвердили его догадку:

    -  Когда речь идет о власти, сантименты излишни и даже вредны. Ради короны я готов пожертвовать всеми без исключения родственниками… Гм, присутствующие не в счет.

    -  Ай, брось! В твоих глазах моя жизнь не стоит и гроша. Просто сейчас я полезен тебе и не стою на твоем пути.

    -  Зато эта сучка… прости, кузина - вот она стоит.

    -  Кузина… - не сдержавшись, прошептал Эрнан. - Все-таки кузина. Понятно…

    Первый употребил именно это слово, а не какой-нибудь его арабский эквивалент. Догадка Шатофьера переросла в убеждение. Теперь он знал обоих злоумышленников, хотя одного из них впервые увидел лишь вчера, а с другим вообще никогда не встречался.

    После длительного молчания разговор продолжился, перейдя в более практическое русло:

    -  Так что выберем - яд или кинжал?

    -  Только не яд.

    -  Почему?

    -  Слишком опасно и не наверняка.

    -  Разве? По мне, это самый верный способ.

    -  А я так не думаю. Смерть от отравления вызовет серьезные подозрения. Начнется расследование - а для нас это нежелательно.

    -  Согласен. Но я не вижу другого выхода. Ведь кинжал, веревка и тому подобное еще хуже.

    -  Ну, не скажи. Кинжал, к примеру, тем хорош, что убийство легко свалить на другого. У меня есть одна идея, но это будет очень дорого стоить.