Фейри рухнул на пол, дергаясь, а затем скатился вниз по узкой лестнице, остановившись дергающейся кучей на лестничной площадке.

Мой рот был открыт, когда Принц небрежно вытащил свой телефон из кармана, нажал несколько кнопок и затем сказал:

— Эверест, у меня есть кое-какой мусор, который нужно вынести. Задняя лестница.

Затем он медленно повернулся ко мне.

— У тебя идёт кровь.

Я потрогала свой нос. Было больно, но ничего серьёзного.

— Я в полном порядке.

— Бывало и хуже.

Так и было, и мне не нужно было это подтверждать.

— Как ты узнал, что происходит?

Он минуту молчал.

— Повезло.

Мои глаза сузились, и по какой-то причине я ему не поверила. Он знал, что на этой лестнице что-то происходит, но как именно — оставалось выяснить.

Он склонил голову набок.

— Почему он напал на тебя?

Взглянув вниз на бьющегося в конвульсиях фейри, я поморщилась.

— Он узнал меня, когда я была во «Флаксе». Я не знаю как, но думаю, что он мог быть с Тобиасом.

— Я убил всех этих фейри.

— Возможно, он ушёл ещё до того, как ты приехал. — Я приподняла одно плечо. — Ты же знаешь, что я могу о нём позаботиться.

— Эверест разберётся с ним.

Я думала, что в этом нет необходимости, но всё равно оставила как есть. Я сняла железный браслет и отвела взгляд от фейри, более раздражённая, чем когда-либо ещё. Мне очень не хотелось признаваться в этом самой себе, но если этот фейри узнал меня, то была вероятность, что другой фейри тоже сможет меня узнать.

Вытирая кровь с носа тыльной стороной ладони, я наклонилась и подняла упавший клатч.

— Душа воина, — пробормотал он, повторяя то, что сказал раньше.

Я не знала, что ответить на это, когда посмотрела на Принца, обнаружила, что он снова пристально смотрит на меня.

— Но, как я уже говорил, этого недостаточно.

Я знала, как на это реагировать.

— Я прекрасно справлялась до того, как ты появился, это просто чтобы ты знал.

На его лице появилась натянутая улыбка, которую, как я представляла себе, родитель дарит ребенку, когда тот приходит последним во время гонки.

— Ты голодна?

Я моргнула.

— Что?

— Ты голодна? — повторил он, наклоняясь ко мне. — Я про еду. — В его тоне ясно слышалось веселье.

— Мне не нужно было уточнять вторую часть. Спасибо, — пробормотала я.

— Я знаю одно местечко дальше по улице, где есть самые удивительные крабовые пироги. Не хочешь присоединиться ко мне? — спросил он, и в тусклом свете его бледные глаза были пронзительны.

Я должна сказать «нет».

Я определённо должна сказать «нет» по множеству причин.

— Ладно, — сказала я вместо этого, потому что была идиоткой и честно говоря, предложение застало меня врасплох. — Наверное.

Одна сторона его губ приподнялась.

— Хорошо, но у меня только одна просьба.

— Ты приглашаешь меня перекусить, но при этом у тебя есть просьба?

— Ага, — сказал он. — Я хочу тебя.

Мои глаза расширились, когда жар от предыдущего разговора вернулся в полную силу, и боже, это было раздражающе… и немного пугающе.

— Прошу прощения?

— Я хочу, чтобы ты была самой собой.