Я потерянно отжала край нижней рубашки. Ну и мирок! Похоже, для всех его обитателей моя голова представляет какую-то непонятную, не то материальную, не то духовную ценность, за которой все с жаром охотятся... И сколькими же еще разнообразными неведомыми и опасными тварями может похвастаться этот мир?

    Будь моя воля, бежала бы я от этого озера не оглядываясь, но парни, уверив, что из воды черноволосый красавчик все равно не полезет, даже ради меня, единогласно решили задержаться на его страшных берегах и вернулись к занятиям, прерванным моим спасением: Эло разложил костер, а Ариан, насобиравший каких-то грибов на редкость мухомористого вида, теперь старательно насаживал их на прутики, явно метя испечь это безобразие над огнем. Я настороженно поинтересовалась, уж не поганки ли это, на что рыцарь в голос возмутился - мол, за кого я его принимаю?! Эло ехидно поддержал спросив, неужели я жду, что они после тех сверхчеловеческих и сверхэльфийских усилий, что были приложены для моего спасения, возьмутся меня травить?! Ведь это элементарно нерентабельно - был ли смысл прикладывать столько сил, извлекая меня из огня и воды, только ради сомнительного удовольствия собственноручно отравить мою скандальную особу?! Я пристыжено замолчала, вспоминая, как эльф вытаскивал меня из горящей гостиницы. В самом деле, ну я бы еще поняла, если бы за мной понесся Ариан, он все-таки мой рыцарь, но чтоб Эло...

    Сжевав с замиранием сердца и пищеварительного тракта грибы, мы снялись с привала и двинулись дальше. Следующая остановка была запланирована в ближайшем городе Уррлите.

    До него мы добирались трое суток, и эти дни были далеко не самыми приятными в моей жизни. Я никогда не была особенной любительницей жесткой холодной земли, комаров, муравьев, буераков, утренней росы и прочей сомнительной экзотики, коей щедро делятся с людьми лесные массивы. Одно дело в охотку выбраться с друзьями на шашлыки, прихватив с собой всевозможные блага цивилизации вроде плотных подстилок, одноразовой посуды и спрея, отпугивающего комаров, и совсем другое - километр за километром шагать по жутким чащобам, шарахаясь от неизвестных растений и тварей, в изобилии эти чащобы населяющих. Один раз мы нарвались на зверя-миража, но ребята быстро уделали его своими мечами еще до того, как он успел наплодить уйму иллюзий, а в другой - столкнулись со странной помесью кабана и зубра, с каким-то кошачьим визгом рванувшей от нас прочь. Местная разновидность клещей провожала мрачно вышагивающий триумвират кровожадными и откровенно разочарованными взглядами, явно мечтая поближе познакомиться с недоверчиво шарахающимися нами. Из-под ног с негодующим фырканьем и встопорщенными иглами убирались ежи, почитающие себя хозяевами этих пущ и весьма недовольные вторжением в свою вотчину злобных хмурых типов с мечами за плечами и в сапогах из плотной кожи, так и норовящих наподдать под брюхо особо нахальным колючим тварям. А сколько там было комарья... Огромные полчища на редкость крупных и тучных кровососов просто не поддаются описанию. На привалах было еще терпимо - Эло нашел какую-то траву, которая, сгорая на костре, удушливым темно-зеленым дымом распугивала насекомых, но в пути - хоть ты плачь. Гадкие кровопийцы налетали упорядоченными стаями, потом делились на дивизионы и взводы и, рассредоточившись, с мерзким зудением шли, вернее летели в атаку, не испытывая никакого почтения даже к столь важным особам, как принцесса Кея и эльфийский принц, которые, ругаясь, как ошпаренные яростно отмахивались от них ветками папоротника и еловыми лапами, иногда случайно задевая друг друга и проклиная уже неугомонного соседа, отвечающего столь же возмущенной и беспомощной бранью.