– Ты клялась, да. – Ромион усмехнулся. – Ты умна, Кинникия. Ты сможешь извернуться и даже убить меня, если захочешь.

– Зачем мне тебя убивать! – воскликнула Кики. – Я же люблю тебя! Ромион, пожалуйста! Пожалуйста! Да, я убивала их, да мне это нравилось – но ты изменил меня, ты сделал меня человеком! Пожалуйста!..

– Хватит, – Ромиону потребовалось собрать все свои силы, чтобы сказать это. – Хватит. Я не верю тебе.

– Роми, прошу…

– Кики! Я сказал, хватит! Я дал тебе шанс, как ты просила…

– Один день?!

– Ты превратила его в кошмар. Ты врываешься в мою жизнь так, словно она ничего для тебя не значит. Может быть, так и есть. Но мне это не нравится. Ты превращаешь моих подданных в лягушек…

– Я извинилась! Перед каждым из них!

– Кики, – Ромион вздохнул. – Ты не можешь быть моей королевой. Моя королева не должна быть ведьмой. Ты не сможешь изменить себя настолько.

– Ты просто не знаешь!..

– И не хочу знать. Кики, хватит. Уходи. Если я тебе действительно так дорог, как ты говоришь, ты уйдёшь спокойно и без сцен с колдовством, на которое я всё равно не смогу ответить. Ты не та, кто мне нужен, и никогда ею не станешь. Я не смогу полюбить тебя – я тебе ведь даже не верю. У нас ничего не может получиться. Поэтому если ты хочешь мне добра – уходи. Так нам обоим будет лучше.

Кики закрыла руками лицо.

– Ты не можешь… Не можешь вот так… Меня выбросить! Я не игрушка! Я не…

Ромион подавил желание обнять её и успокоить. Это не может так больше продолжаться. Это нужно остановить – хватит ломать и его, и её, Кики, жизнь. Хватит.

– Я могу. Если ты и правду меня понимаешь, то знаешь, что я могу.

Кики всхлипнула, но возражать не стала. Она тихо рыдала потом, а Ромион ждал. Смотрел на онемевший фонтан и ждал.

Наконец, Кики отняла руки от лица и выпрямилась.

– Ты не передумаешь?

Ромион покачал головой.

– Нет.

И надежда в глазах Кики погасла.

– Х-хорошо… Если ты так хочешь… Я говорила, что сделаю ради тебя всё, что ты пожелаешь, – слёзы текли по щекам Кики, но она их словно не замечала. – Ты понимаешь, что больше не увидишь меня? Если я сейчас уйду – это навсегда.

– Я надеюсь, что и мстить мне ты не станешь, – спокойно заметил Ромион.

Кики зажмурилась.

– Да. Конечно. В твоей памяти я навсегда останусь чокнутой ведьмой, которая хотела заколдовать тебя в лёд. Ты знаешь, как же мне хочется сделать это с тобой сейчас! Просто чтобы показать – меня всё это время ничто не удерживало!

– Мне сказали, ты любишь, чтобы твои жертвы сами пришли к твоему трону, – усмехнулся Ромион. – Простое проклятье этого не даст.

– Ну да, – Кики тоже усмехнулась. – Не даст. Конечно. – Она покачала головой. – Бесполезно, это бесполезно. Ты моя судьба, я это понимаю – я уйду и оставлю здесь всю себя. Мне отведена долгая жизнь, и я проведу её как замороженная в лёд ведьма с разбитым сердцем…

– Кики, пожалуйста. Не надо драм.

– Это жизнь, любовь моя. Это жизнь… Моя жизнь. Я спрошу последний раз – таковы правила, ты же знаешь. Ты не передумал? Такой, как я, у тебя больше никогда не будет.

Ромион усмехнулся: это ему могла сказать любая, кого он бросал. Правда, никогда расставание не давалось так тяжело… И, собственно, почему? Некоторые рыдали дольше и жалостливее – кто же захочет терять расположение короля?.